Не став оспаривать его слова, я молча кивнула, подняв голову и заглянув в темно-карие глаза, которые метали искры ярости, а лицо всем видом показывало недовольство и раздражение, которое лишь помогло моему гневу выйти наружу.
– Ты должен радоваться, что я прибежала именно к тебе! – фыркнула я, отпрянув от его тёплого и манящего тела.
– Что? – сведя брови, Диего был готов поджарить меня на том самом месте, где я сейчас стояла, смотря на него с лютой злостью, – повтори.
– Да пожалуйста! Ты должен радоваться, что я прибежала именно к тебе! – отчеканила я пожалев о своих словах.
В эту же секунду входная дверь резко захлопнулась за моей спиной с сильным грохотом не без помощи Диего, который схватив меня за руку как нашкодившего ребёнка, потащив вдоль коридора к спальне. Не трудно догадаться для чего. В следующую секунду моя задница приземлилась на кровать, а его руки опёрлись по обе стороны бёдер. Приблизившись, горячее дыхание Диего ударило в лицо, из-за чего я не удержала порыв, заключив его лицо в свои ладони, притянув в поцелуе.
Я ошибалась.
Диего тут же скинул мои руки и отодвинулся, но всё ещё продолжал держать меня в капкане.
– Какого. Хрена. Ты. Несёшь.
– Что слышал! – фыркнула я.
– Что случилось, Грейс? – выдохнул он, приходя в уравновешенное состояние, определённо удивляя тем, что решил поговорить, а не заняться сексом при таком накале страстей.
Молча смотря на мужчину перед собой, я пыталась выдавить рвущиеся наружу слова, но они будто застревали по пути. Круча головой в разные стороны, словно в сумасшедшем припадке, я вновь начинала заливаться слезами. Вздохнув, Диего снял с меня одежду и потянул за собой в кровать, где укрыл одеялом и обнял со спины, предварительно щёлкнув выключателем, погрузив комнату в темноту. В эту же секунду из меня вырвался поток слов:
– Я никогда не знала бабушку и дедушку по маминой линии, их никогда не было рядом, но в тот же момент я словно чувствовала их какое-то незримое присутствие. Сегодня я была на ужине у ректора Харриса и его жены Скарлет вместе с Аланом…
– С Аланом? – захрипел Диего, сжав моё бедро.
– Да, с Аланом, он – мой лучший друг! И там я увидела… увидела… – задыхалась я.
– Что ты там увидела, Грейс?
– Фотографию, где мои родители стоят рядом со Скарлет и Харрисом. В руках у Скарлет свёрток с ребёнком. Это мои бабушка и дедушка…
– Ректор? – нахмурился Диего, на что я кивнула, – ты уверена?
– Да! Скарлет, мама и я – это один и тот же человек, у нас одинаковое практически всё! Она художница… Харрис уже познакомил нас на выставке. Тогда всё было очень странно, потому что она отреагировала на меня так, словно я какое-то приведение, а она просто оказалась моей бабушкой! Я ненавижу его, он молчал почти полгода! Я считала его старым извращенцем!
– Грейс, – вздохнул Диего, – прекрати злиться на него, у него могли быть свои причины для молчания.
– Ты не понимаешь! – завопила от ярости я, – у тебя есть Ром и Мария, а у меня был и есть только Алан! Он – моя семья и друзья! Он заменяет всех! У меня могли быть бабушка и дедушка, которые в отличие от родителей могли интересоваться мной не только на ничтожных мероприятиях, где нужно строить идеальность, а потому что я их внучка!
– И на что ты злишься тогда? Они появились сейчас, ты решила оттолкнуть их?
– Я… ты… они… Я разозлилась на них, потому что они молчали!
– Грейс, мы не всегда получаем то, что хотим. Если их не было рядом, то это либо их выбор, либо для этого были причины. Для того, чтобы узнать, нужно взять и поговорить, а ты, я так понимаю, послала их нахрен и убежала среди ночи в свойственной тебе манере.
– Это было в девять часов вечера!
– Где ты была последующие шесть часов? И что с твоей ногой?
– Алана не уходил от меня. Я упала, когда бежала.
– У тебя есть самая тупая черта, которая бесит меня больше всего: ты делаешь поспешные выводы, которые приводят к ошибке, о которой ты сожалеешь, потому что всё придумала себе сама, а на деле оказалось по-другому.
– Я ничего не придумала! – возразила я, – они тоже бросили меня!
– Кто ещё тебя бросил?
Иви. Арчер. Саванна. Энтони. Вильям. Кортни, – тут же начался бесконечный список имён внутренней боли, к которым добавились новые: Этан и Скарлет.
– Я не хочу об этом говорить.
Диего наверняка закатил глаза, судя по протяжному выдоху.
– Просто не делай преждевременных выводов, Грейс.
– И всё? – фыркнула я, поворачиваясь к нему лицом.
– А что ещё я должен сказать?
– Хм-м, – в театральном жесте и угасающей ярости, протянула я, – секс?