– Я п-правда не знаю, где Иви. Я была в школе, когда она ушла. Может, тебе стоит спросить Фелицию?
– Какая ты умная! Я уже спросил эту суку об этом, но она ничего не знает, потому что занималась сексом с моим водителем в подсобке. Мерзкая шлюха!
Он выплевывает ещё больше матов, а затем снова говорит со мной:
– Ты же понимаешь, что я найду её? Так или иначе, я найду её. Но сейчас ты сможешь спасти себя от участи, которую я уготовил для вас обеих. Тебе все лишь нужно сказать мне: где Иви?
– Если ты можешь найти её, то зачем спрашиваешь меня? Ты тратишь время зря, потому что я не имею понятия, где её носит.
– Лжёшь! Ты лжёшь! Она отказалась делать аборт, поэтому сбежала, я так и знал, – кричит он, и ударяет кулаком в стену. Я дёргаюсь.
– Пожалуйста, отец, успокойся. Я не понимаю о чем ты… какой аборт?
– Да заткнись же ты! Ну почему ты такая глупая, Грейси? Ну почему! – он взвывает и толкает меня на кровать.
Я ударяюсь головой об уголок прикроватной тумбочки, но не издаю и писка, даже когда нащупываю кровь.
Отец шарахается из угла в угол с безумным видом. Он тянет себя за волосы, изредка кидая на меня взгляд темных глаз. Настоящий монстр во плоти думает над тем, как бы побольнее убить меня.
Но я уже не боюсь. Если Иви и ушла, то она вернётся за мной. Я уверена в этом.
– Хорошо, раз уж мы играем по твои правилам, то пусть так, – приторно скалится он и садится рядом на кровать. Я отпрыгиваю в другую сторону, чтобы даже коленями не коснуться него, – скажи мне, Грейси, не говорила ли тебе Иви, куда она собирается пойти? Может, у неё были планы какие-либо? Давай, доченька, расскажи мне, и я обещаю, она будет наказана.
Неужели он и вправду верит, что я скажу ему хоть что-то?
– Я повторяю свой ответ снова: я не знаю, где она. Она ничего не говорила мне.
Он делают губы трубочкой, и медленно выдыхает, закрывая глаза. Его веки дрожат, а дышит он неровно, выдавая его настоящее состояние, хотя он и улыбается.
– Ты уверена, что ничего не знаешь? – тихо спрашивает он.
Это последний вопрос, я знаю. Следом он либо убьёт меня, либо заставит страдать, испытывая такие муки, которые мне не снились.
Но я не боюсь. Уже нет. Иви заберёт меня.
– Да, отец, я говорю тебе правду.
– Последний шанс, Грейси, – шипит это чудовище, открыв глаза, демонстрируя пламя безумия в них, – либо ты, либо она. Чью шкуру ты спасёшь?
Не раздумывая, я отвечаю, приговаривая себя.
– Её.
Его кулаки сжимаются.
– Твоё право, а я ведь так хотел сделать все лучше для тебя. Но ты такая же, как и твоя мать. Такая же тупая. Такая же, как и Иви. Но ничего, я исправлю это. Ты станешь той, кого я хочу видеть на троне после себя. И у тебя уже не будет выбора. Я обещаю тебе, дочь.
Он засучивает рукава и достаёт ремень из штанов, чтобы добавить синяки и раны на спину к уже имеющимся.
По коже ручьями стекает пот. Я чувствую, как озноб смешивается со страхом перелитого сна, который перенёс меня в прошлое, где я была ещё бесстрашной Грейс, надеющейся, что Иви вернётся за мной, и мы сбежим из этого замка ужасов.
Я распахиваю глаза, попутно пытаясь привести дыхание в норму, и сталкиваюсь с испуганным взглядом Диего. Он растеряно смотрит на меня, пока его руки держат мои в страхе чего-то… но только чего?
– Ты в порядке? – робко спрашиваю его, не зная, что сказать другого.
– Это я должен спросить тебя. В порядке ли ты, Грейс?
Хриплый голос Диего обволакивает моё сердце в уютный плед, и ужас от пережитого сна ослабевает, сводясь к минимуму.
– Со мной все хорошо, это просто сон. Приятно знать, что ты волнуешься, Фуэнтес, но это всего лишь кошмар, у кого их нет?
– Ты кричала, – настаивает на своём он.
Наверное, я должна сейчас рассказать ему о сне, который повторяется практически каждую ночь, демонстрируя мне причину, по которой я всей душой ненавижу отца. Но я не скажу ему ни слова о моём прошлом, пока не услышу того же от него.