Чего ты боишься, Грейс? – закряхтела самоуверенность, – ты уже миллион раз садилась за руль и парковалась там, где это было невозможно. Дерзай, крутышка.
Одобрительно закивав уверенности, я дюйм в дюйм припарковала машину. Но так я думала до тех пор, пока грёбанная дверца не смогла открыться достаточно для того, чтобы выпустить меня на волю. Алан поверил мне и доверился, вряд ли друг будет и дальше столь доверчивым, когда увидит открытое окно, куда он должен пролезть, чтобы занять водительское кресло.
Выдохнув, я поджала губы и сделала движение назад, в эту секунду раздался резкий звук незатыкающегося клаксона, в который жали не ладонями, а скорее ступнями ног. Хреновы зеркала, я совсем про них забыла. Пулей вылетев на улицу, я скорей осмотрела машину, которая осталась цела, как и моя жизнь вдали от родительских оков.
– Крошка, да ты, чёрт возьми, чуть ли не уничтожила мою принцессу! – заголосил смуглый парень экзотической внешности, рассматривая фары на своей машине, – ты хоть знаешь, что это за машина?
– Мустанг шестьдесят пятого года, – закатила я глаза, – как он вообще едет? Ты что, разгоняешь его и запрыгиваешь на ходу?
– Тише, принцесса, тише, – поглаживал парень фары своего идеально отпарированного чёрного коня, сидя на корточках и смотря на меня снизу-вверх, его машина едва ли ни чудом ещё держится на ходу, – это она не про тебя.
– Боже, ты шутишь?
– Никогда не говорит так о принцессе, – угрюмого произнёс он, из-за чего я жутко желала съязвить в ответ, но лишь вопросительно выгнула бровь, молча спрашивая, почему я не могу говорит о какой-то железяке таким образом, – она же больше не заведётся нахрен.
Такого ответа я совершенно не ожидала, и такая честность рассмешила меня до приступа асфиксии. Тут он прав: любое телодвижение и она больше не заведётся. И можно будет благодарить Господа, если она ещё и не развалится на части.
– Согласна, – смеясь, сказала я, – ты молишься перед каждым её заведением?
– Принцесса, закрой уши, – произнёс парень, легонько похлопав машину по капоту и выпрямившись с корточек, – женщины совершенно ничего не понимают.
– Я не женщина, – фыркнула я.
– Девушки, – закатил он глаза, широко улыбаясь, – для вас всё предельно просто: машина едет, значит уже хорошо, а если нет, то бензин закончился.
– Парень, ты уже в долг говоришь, – закатила я глаза, рассмотрев своего оппонента: чёрная кожаная куртка поверх чёрной футболки, под которыми прячется полоска от таких же джинс, в дополнение к которым чёрные кеды; кольцо серебристой серьги в левой мочке уха и носу, чёрные кудрявые волосы приличной длинны в сочетании с глазами оттенка горького шоколада. Кажется, что на его лице проскальзывало даже небольшое количество веснушек, скоплённых на носу.
– Ключи в машине? – посмотрел он за мою спину, на что я хотела возразить, но было уже поздно, обойдя меня, он запрыгнул на водительское кресло хлопнул дверцей. За долю минуты, машина встала именно так, как её должна была поставить я.
С самодовольным видом, он покинул салон автомобиля и подмигнул мне, загнав свою на парковочное место рядом, потому что за время моих попыток и нашей перепалки – квадрат освободили.
– Крошка, – окрикнул меня парень, когда я уже захватила ключи и решилась плюхнуться на ближайшую лавочку, чтобы дождаться Алана.
– Что?
– Благодарности не жду, но вот помочь ты мне можешь. Проведи меня по вашим чёртовым закоулкам к полю.
– Зачем? – повернулась я, ещё раз рассматривая парня.
– У моего братца тренировка, хочу сделать ему сюрприз, – заулыбался он, и я почему-то не смогла ответить отказом.
Махнув головой в сторону входа, я зашагала вперёд:
– Пошли.
– Будем считать это твоей благодарностью, – подмигнул парень, поравнявшись со мной, – а ты так-то ничего. Это была судьба. Ты как моя спасительница. Не будь я женат, то приударил бы за тобой.
– Будем считать это твоей благодарностью, – повторила я, и чуть ли не поцеловалась с асфальтом раньше того, чем переспала с Оливером, потому что рука, которую обрамляла чёрная куртка – повисла на моём плече.
Я шагала в таком состоянии шока, из-за которого вовсе позабыла скинуть его руку, так и пройдясь до поля.
– Сейчас познакомлю тебя со своим братом, и ты вовсе не устоишь. Он горячий.