Расставив ноги по ширине плеч, я начала разминаться, тупо кивая всему, что она оживлённо тараторила.
Вести себя непринуждённо и не обращать внимания на Диего оказалось изначально тяжело, ведь я чувствовала его взгляд, но со временем удалось уйти от реальности и позабыть обо всём. Те дни, сколько я не занималась – показались вечностью, потому что лёгкие быстро начали выдыхаться. За это время тело как будто превратилось в бревно, которое нужно рубить топором, что вряд ли получится.
Я настолько была увлечена разминкой, что прослушала весь рассказ Донны, которая принялась тыркать меня за плечо, вынимая из абстракции, устроенной сознанием.
– Ты можешь себе представить? – лепетала она, смотря на меня широко распахнутыми глазами, которые неустанно моргали.
– Что? – нахмурилась я, подняв взгляд и туловище в вертикальное положение.
– Господи, ты вообще меня слушала!? Зик сказал Гарри, который передал Авану, а тот – мне, что они хотят потусить с нами.
– С нами? – выгнула я бровь, – и кто это вообще такие?
– Ты серьёзно!? – воскликнула удивлённо Донна, привлекая внимание не только девочек, но и Диего, стрельнувшего в нас взглядом, – это команда по лакроссу.
– Так бы сразу сказала, и что значит с нами?
– Они хотят собрать наши команды и потусить вместе. Ты вообще видела наших парней?
– Видела. Мой лучший друг – капитан команды по лакроссу, если ты помнишь. И ещё там играет Оли.
– Так вот они хотят…
– Питерс, Мелтон, я отрежу вам языки, если буду слушать только вас! – рявкнул Диего, скрестив руки под грудью и бродя вокруг команды.
Не отреагировав на слова Диего внешним видом, я потянулась и вернулась в изначальную позу.
Никаких игр в глядели. Никаких двусмысленных взглядов. Я абсолютно никак не реагировала на его слова, либо внешне старалась оставаться спокойной, потому что хорошо видела, как он помогал Америке тянуться ладонями к траве. В эти минуты я чувствовала, как в горло вливают бетон, но старалась подавлять ярость и ревность. У меня нет никакого права ему что-то предъявлять. Я наконец-то это уяснила и приняла.
Тут же мой взгляд нашёл точку у входа и губы дрогнули в улыбке. Указав на кучку, покоившуюся на лавочке, Алек поднял руку и прислонил её к уху, приняв из пальцев жест в виде телефона, куда я рванула.
– Мелтон! – рыкнул Диего, когда я сделала пару шагов в сторону и обернулась, пустив пулю в его лоб, – вернись на место, со своим милым поболтаешь на досуге!
Глаз дёрнулся, когда я посмотрела на тренера, после чего обратила взгляд к Алеку и соединила руки в молитвенном жесте, покрыв нижней губой верхнюю в знак того, что не могу ничего сделать. Улыбнувшись, Алек кивнул и скрылся за дверью.
– Тридцать кругов вокруг поля, – заявил Диего, хлопнув в ладони, на что получил нудный протянутый вой, – пятьдесят!
Приняв его задание как должное, я первая ударилась в бег. Плевать, хоть сто или двести, я пробегу эти чертовы пятьдесят кругов ада и вымотанной схожу поужинать с Алеком. Я не знаю, занимал ли Диего такую жесткую позицию в то время, пока меня не было, или же давил на девочек не сильно, но мне плевать. Я тут для того, чтобы победить, а не ныть. Алек – моя новая чистая страница, с которой я открыла этот день. Мне нужен этот глоток, иначе я задыхаюсь.
Последующее время над командой знатно издевались, и в какой-то момент я почувствовала свою вину, хотя винить меня не за что. Диего ставил меня абсолютно во все пары, которые выпускал на поле для обработки тактики. И я гордо принимала все брошенные вызовы, не показывая слабость в коленях после перерыва. Я не показала её и после тренировки, когда еле как стянула с себя форму и бросила её от бессилия на пол.
Как только ноги вынесли меня и Донну за пределы раздевалки, Диего решил добить меня морально:
– Мелтон, мне нужен тактический план к завтрашнему дню.
– Без проблем, – кивнула я.
– Зайди в мой кабинет, я отдам тебе старый.
Улыбнувшись Донне, я направилась за Фуэнтесом, который твёрдой уверенной походкой скрылся за дверью, ведущей на тот квадрат и в то место, где мы оприходовали стол. От одного воспоминания – внутренности скрутились и тошнота подступила к горлу, но не из-за неприязни, а из-за того, что я помню и желаю повторить.
Я пытаюсь, видит Бог, пытаюсь.
Взяв лист так, что по воздуху разнесся свист бумаги, я уже хотела покинуть кабинет, но была остановлена.
– Ты не собираешься обсудить его со мной? – вскинул бровь Диего, смотря на меня в упор, расслабленно сидя в кресле.