— Ты хотел быть фрейлиной? Мог бы сразу сказать. Прости, но я слабо представляю тебя в платье.
Моя правая рука сильно сжимает тяжеленный графин, а Браун подсаживается на крючок, который я специально закинула ему, и яростно рыча, бросается прямо на меня. Я со всей силы делаю резкое движение рукой, и стекло разбивается прямо об лоб громилы. Вода и осколки летят на пол, прямо под ноги. Моё сердце бешено колотиться, я в мгновенье оказываюсь у детской кроватки, хватаю на руки ребёнка, пока Уолтор приходит в себя. Я знаю, что он гонится за мной, но я не могу оставить Софию в одной комнате с этим монстром. Я выбегаю с плачущей девочкой из спальни, закрыв дверь прямо перед кривым носом Уолтора. Слышится глухой удар. Это он влетел головой в дверь. Не мешкаясь, я бегу на первый этаж, чтобы найти хоть кого-нибудь из прислуги. Ноги не слушаются и заплетаются, я боюсь упасть с лестницы. Страх пронизывает меня изнутри, но я пытаюсь успокоить Софию, шепчу ей на ухо хорошие слова, закутывая в одеялко. За моей спиной слышится хруст дерева и тяжёлые шаги. Уолтор следует за мной по пятам. Но в это время я уже на первом этаже.
— Помогите! — кричу я, забегая на кухню, где сейчас должны трудиться все слуги, и замираю в немом шоке, а голос срывается на пронизывающий до костей крик.
Я стою в луже тёплой, вязкой алой жидкости. У моих ног, также как по всей кухни лежат неподвижные тела. Лаура покоилась на обеденном столе, перепачканном кровью. Её глаза закатились под веки, а на шее чётко виднелись фиолетовые следы от больших пальцев. От увиденного меня кидает в ступор, и пока мозг осознаёт всё это, сердце стучит быстрее.
А шаги уже совсем близко. Я уже откровенно плачу, руки трясутся. Это чудовище убило всех в этом доме. И убьёт меня с ребёнком, если я продолжу стоять на месте. Я перепрыгиваю через тело, едва не подскальзываясь в лужи крови. Подбегаю к Грегу, он сидел на стуле, на его лице застыла гримаса ужаса. У него прямо из груди торчал огромный кухонный нож. Одной рукой я ближе прижимаю к груди ребёнка, а второй хватаюсь за рукоять и вытаскиваю из плоти некогда живущего человека длинный нож, и направляю его прямо на убийцу. Он стоит напротив меня со спокойным лицом, словно нет здесь вовсе никаких мертвецов, которых он собственноручно убил, а со мной он просто хочет поговорить.
Гробовая тишина. И только плачь Софии держит меня в реальности. В ушах звенит, а на глазах слёзы. Адреналин пульсирует в крови, а страх плавленным свинцом растекается по моим венам. Подол моего нежно-розового платья в крови, также как и правая рука с окровавленным ножом. Мысли путаются в голове. Я не знаю, что делать и куда бежать. Дом далеко от любой цивилизации, а я в ловушке на кухне. Мне не справиться с Уолтером никогда в своей жизнь, даже без двухмесячного ребёнка на руках.
— Тебе некуда бежать. — прозвучал пугающе спокойный голос Брауна, а он перешагнул через труп, мужчина словно знал о чём я думаю и озвучил мои мысли.
— Прошу, только не трогай ребёнка. Она здесь не при чём.
— Она всё равно умрёт. Можешь не стараться. Бастард, не имеющий ценности, её мать была потаскухой, а отец последней мразью, незаслуженно получившим титул.
— Отпусти нас, ум-моляю. — я пячусь назад, спина упёрлась в стену. — Я ведь фаворитка короля, ты наверняка это знаешь. Я попрошу для тебя любой титул, который пожелаешь. Только дай нам уйти. Я… я сделаю, всё что ты…
— Закрой свою поганую лживую пасть, отродье! — он крик сотряс голос, заставив рыжеволосую девочку на моих руках громче закричать. — Ты думаешь, я тупой? Отпущу тебя, а ты сразу сдашь меня.
— Н-нет, я не сдам… никогда…
Но меня не желали слушать. Я крепче сжала нож и вспоминала все молитвы разом. Боже, пожалуйста, помоги мне, помоги Софии. В коридоре послышался шорох и в здание ворвался потрёпанный Джордж, отвлекая внимания Уолтера от меня. В целой куче трупов я даже не заметила, что Кинсли здесь нет. Но теперь он стоит передо мной живой, и совсем крохотная надежда на спасение поселилась внутри меня. Молодой человек ошарашенно остановился в дверном проёме с охапкой наколотых дров. Он быстро оценил ситуацию. Я с ребёнком стою с кухонным ножом, направляя его на Брауна. Мы в кровавой комнате с трупами, а на моём лице написан холодящий ужас. Парень ловко кидает всю древесину в громилу и выхватывает из ножен длинный блестящий меч, но Уолтор не отстаёт и берётся своё оружие. Сталь находит сталь, раздаётся режущий уши лязг. Они бьются насмерть, каждый удар мечей ясным звоном отдаётся у меня в голове.
— Бегите! — кричит мне Кинсли, загоняя Уолтора в угол.
Хоть Браун больше и шире Джорджа раза в два, но у Кинсли было преимущество. Уолтор слишком грузный и медленный, что давало Джорджу немного форы. Он же был ловким и быстрым. Я не стала досматривать бой до конца, прошмыгнула мимо дерущихся, и рванула к входной двери, оставляя за собой кровавых следы. Тело сразу же обдало холодным мартовским воздухом. Изо рта пошёл горячий пар, и я постаралась закутать Софию ещё сильнее. Я не знала, что мне делать. Пешком я точно далеко не уйду в домашнем-то платье. Я вновь развернулась лицом к небольшому дому, прижимая к груди ребёнка. Я смотрела на распахнутую дверь, ожидая, что скоро там покажется силуэт Джорджа. Он скажет, что опасность миновала и успокоит меня. Ветер пронизывал меня до костей, но я не обращала внимание на холод и стук зубов, а также на дрожь в теле. Я ждала Джорджа Кинсли, как спасение. Больше не оставалось никаких вариантов. На улице начало темнеть, но всё же меня можно было разглядеть. Уолтер бы догнал меня в три счёта.
Я гладила по спине девочку той же рукой, которой держала её. Не хочу прикасаться к её невинному и чистому телу правой рукой, испачканной в чужой крови, и сжимавшей нож. Я сама была готова упасть в обморок от происходящего кошмара, но успокаивающе покачивала Софию, поцеловав его в огненно-рыжие волосы. С ней мне очень тяжело отбиваться от Брауна, к тому же моя рука затекла, я её уже не чувствовала, но я не брошу её, только ради того, чтобы спасти свою жизнь. Я подняла заплаканное лицо к стремительно темневшему небу.
— Мария, — зашептала я, — помоги своей дочери.
И на пороге дома наконец показалась затемнённая фигура. Моё сердце подпрыгнуло. Из далека я не поняла кто это. Человек вытянул руку вперёд, у него там что-то было. Похоже на маленький мешочек… Я нахмурилась, силуэт кинул мешок мне под ноги. Я внимательно следила за движение непонятное предмета. Что-то круглое прикатилось прямо к моим ногам. Перевернулось последний раз, и на меня смотрели широко раскрытые глаза. Это отрубленная голова! Я отпрянула и громко-громко закричала.
— Джордж! — взвыла я, словно волк на луну.
Последние капли надежды ускользали словно вода. Меня тянуло вниз к земле, больше не было сил стоять на ногах. Я содрогалась от каждой слезы, которая скатывалась по щекам. Грунт под ногами Уолтора хрустел. Мужчина надвигался на меня очень широкими шагами, как нечто неизбежное. Я развернулась и из последних сил заставила себя бежать вперёд, ноги подкашивались, утопая в грязи, а перед собой я видела лишь бледную пелену. Я бежала, спотыкалась, поднималась и бежала дальше. Я убегала от смерти. В самом прямом смысле этого слова.
Уолтор быстро оказался рядом, схватил меня за волосы, и грубо дёрнул в сторону. Я свалилась, как тряпичная кукла. Я уверена, что сильно ушиблась, но из-за выброса адреналина ничего сейчас не чувствовала, кроме всепоглощающего смертельного ужаса. Браун навис прямо надо мной, протягивая руки к моей тонкой шее. Я была обречена на смерть, ясно понимала, что на этом моя жизнь закончиться. Я больше никогда в жизни не обниму маму с папой, не посмеюсь с Зои и Калебом, не созвонюсь и не обсужу что-нибудь с Тео и никогда не увижу Раймонда. Я размахивала ножом, пытаясь отогнать от себя этого ублюдка, как-будто это что-нибудь изменит. Я умру здесь, вдали от всех, с маленьким ребёнком на руках. Я плакала, грудь словно сдавил огромный камень. Точным ударом Уолтор выбил из рук единственное моё оружие. Его большие и короткие пальцы сомкнулись на моей шее. Это конец.