Выбрать главу

Я перевела взгляд с трупа на свои дрожащие руки. Я убила человека. Убила без задних мыслей, ведомая только гневом и болью, разрывавшей моё сердце. Недалеко от себя я заметила перепуганную Полин, стоящую на коленях. Она плакала и смотрела вверх, на небо. Вокруг неё не было никого, но девушка не собиралась подниматься на ноги. Я допустила мысль, что она сейчас молиться, но никакая молитва не спасёт её от вражеского меча. Я метнулась к ней, так быстро как только могла.

— Вставай. — я схватила её за руки и потянула на себя. — Поднимайся немедленно! Это приказ. — рявкнула я, и только после этого темноволосая встала на ноги. — Что ты удумала?

— Эт-то шанс. — дрожащем голосом ответила девушка. — Я не вернусь д-домой. Не вернусь к отцу.

Полин всегда меня презирала, пыталась выгнать из дворца, подставить, вечно искала подвох, оскорбляла, спала на зло мне с Раймондом. Всегда стойкая как камень стерва, теперь стояла на коленях в слезах и просила смерти, содрогаясь от страха.

— Ты не умрёшь сегодня. — зашипела я, с меня хватит смертей на сегодня. — Пошли.

— Н-нет. Я должна была ещё умереть при рождении. Я не заслуживаю. Я не хочу. Уходите, спасайтесь, Ваше Величество!

— Полин, я твоя королева. — я перекидываю руку девушки, едва стоящей на ногах, через шею и тащи к карете. — Ты посмеешь ослушаться приказа королевы?

Мы обе кое-как отступаем. Нога Полин сильно ранена, девушка запачкала кровью всё платье. Из-за быстро распространяющегося пожара вокруг становиться слишком много дыма, режущего глаза. Я начинаю громко кашлять, когда противный тягучий чёрным дым попадает в лёгкие. До кареты ещё несколько шагов, путь свободен. Я помогаю Полин забраться во внутрь, а сама судорожно оглядываюсь в поисках Раймонда и Тео. Последнего я замечаю сразу же. Он тяжело идёт куда-то в сторону, зажимая рукой живот. Под его ногами человек в чёрном пытается отползти, но хромая Тео настигает его и вонзает меч тому в спину, прибивая к сырой земле. Я кричу имя друга, но он не успевает повернуть голову ко мне. Тео падает на колени, а потом в сторону. Его грудная клетка перестаёт двигаться. Я не верю своим глазам и ещё раз в отчаяние кричу ему, чтобы он поднимался. Моё сердце словно разбилось на острые осколки, которые резали меня изнутри. Мой крик утопает в дикой какофонии звуков, глаза режет от потоков солёных слёз, горло разрывается. Я не могу побежать к нему, иначе меня точно убьют, тогда все эти жертвы будут напрасны.

— Король мёртв! — разорвал всю эту грязь чей-то вражеский голос. Я замолкла. На мгновение сделалось тише, стало слышно только потрескивание огня и ломающееся здание дворца. — Принесите голову королевы!

Я задыхалась. Задыхалась не от горячего чёрного дыма, проникающего по носовым путям в лёгкие, а от боли и слёз. Я оцепенела, вросла в землю. Нет. Этого просто не может быть. Я не могла поверить. Меня била крупная дрожь, а слёзы неконтролируемым потоком стекали по щекам.

Бойня возобновилась пуще-прежнего, чьи-то руки особо не церемонясь закинули меня в карету, а затем мы быстро набрали скорость. Дверь Полин закрывала на ходу, потому что моих сил больше ни на что не хватало. Я камнем упала на подушки, топот копыт, лошадей пустившихся галопом, треск кареты, заглушался лязгом мечей и полыханием огня. Карета подпрыгивала, натыкаясь на кочки. В темноте мы мчали на бешеной скорости вперёд, оставляя Уайтхолл, Кэрол, Вильяма, Тео и Раймонда далеко позади.

Моё сердце обливалось кровью, я сжимала кулаки так сильно, что ногти впивались в нежную кожу, оставляя кровавые следы. Я не могла кричать, ведь уже сорвала голос. Тихие, безмолвные слёзы скатывались по щекам. Скорбь разрывала мою душу, а чувство беспомощности и отчаяния добивали меня, словно палач, заносивший меч над моей шеей.

༻ ❀ •༺

— Быстрее помогите! — кричал кучер, когда мы остановились.

Дверь открылась, меня вытащили из транспорта силой, будто я какая-то тряпичная кукла. Я сразу же узнала это высокое здание готичном стиле — Вестминстерское аббатство. Меня потащили куда-то внутрь, я не сопротивлялась. Мне было уже слишком всё равно. Вокруг меня моментально столпились люди. Лекари осматривали моё тело, кто-то помогал Полин. Какой-то мужчина — он точно обладал титулом графа, на сколько я помню, — спросил, что произошло. Кучер и Полин принялись объяснять, а я просто отрешённо смотрела в окно в ночную темноту. Мокрые дорожки, оставленные слезами, застывали, стягивая кожу на лице. Тело дрожало. Я всё ещё чувствовала запах гари и грядущую смерть, чувствовала кровь и тяжесть тела Кэрол на своих руках.

После тщательного осмотра, меня искупали и отвели в большие покои. Мне было настолько плевать, что я позволяла незнакомым людям трогать меня. Внутри я опустошена, словно это мне выпустили все потроха, а не моим близким.

Глава 28.

━━━━➳༻❀✿❀༺➳━━━━

Я широко распахиваю глаза. Тело бьёт мелкая дрожь, лоб в холодном поту, на щеках застыли дорожки от слёз. Я смахнула их с лица тыльной стороной ладони и бесчуственно уставилась в потолок. Ощущение, будто из моей груди вырвали сердце, оставив зияющую чёрную дыру на его месте. Я касаюсь золотого кольца, и боль от потери расходится по телу новой сильной волной, в которой я совсем скоро утону. Всего за пару часов лучший в жизни день превратился в кошмар наяву. Я потеряла друзей, Раймонда, я убила человека. Как оставаться сильной в такие времена? Как совладать своими эмоциями? Я поднимаю дрожащие руки и смотрю на них с чувством неимоверного отвращения. Мне до сих пор кажется, что я вижу кровь, чувствую её металлический запах, тяжесть меча в руках. Я пытаюсь счистить всю грязь, но в итоге просто в истерическом порыве царапаю свои руки ногтями. Глаза щиплет, вновь я вижу мир через полупрозрачную белую пелену, а на губах чувствую солоноватый вкус.

— Грейс! Что ты делаешь?

Я даже не заметила, как дверь в комнату открылась. Эмбер застыла на пороге наблюдая за моим приступом, а потом кинулась ко мне, пытаясь расцепить мои руки. Девушка нежно гладит красные полоски на моей коже, оставленные моими ногтями. Я чувствую обжигающее тепло, исходящее от сестры, а я же напротив — ледяная.

— Мне надо в ванну. — я хочу смыть с себя всю грязь, даже если её не видит Эмбер.

Стала бы она со мной вот так возиться, если бы знала, что я натворила? Девушка помогает мне, и я не отказываюсь от этой помощи. Без её поддержки, я бы точно рухнула на пол. Она одна из немногих людей, которые у меня остались. Да, она и половину не знает обо мне, но всё же Эмбер моя сестра. Возможно, единственная. Родителей дома нет, потому что они на работе. И я мысленно благодарю, что сегодня понедельник. Не хотелось бы, чтобы меня видели в таком состоянии. Странно, но я не чувствую уже ничего, кроме глубочайшего опустошения. Мне хочется сесть на кровать и пялиться в одну точку, ничего не делая. Не хотелось даже думать.

Я залезаю в под горячие струи воды. Дважды мою волосы, тщательно до боли натираю себя мочалкой. Я не знаю сколько времени провела здесь, но я выплакала все оставшиеся слёзы. Они смешивались с потоком воды, уносясь прочь от меня. Когда я сушила волосы феном, то пообещала себе, что хватит с меня слёз, как бы сложно это не было. По крайней мере, не на глазах у всех. Я расчёсываю длинные волосы, поправляю футболку и серые спортивные штаны и выхожу из ванной комнаты.

И натыкаюсь глазами на человека, который не должен быть в моей квартире. Прижимаю ладони ко рту, не веря собственным глазам. Не галлюцинация ли это? Сердце вновь начинает биться быстрее, чем нужно. Хотя бы оно осталось на месте. Я срываюсь на бег и вешаюсь на шею, стоящему передо мной парню. Я сжимаю его так крепко, ведь боюсь, что это всего лишь игра моего подсознания, и стоит мне разжать руки, как видение раствориться в воздухе, ничего после себя не оставив. Вдыхаю этот шоколадно-кофейный запах, который уже успел стать родным, и слёзы по новой идут рекой. Я только что обещала себе не плакать, но теперь не могу это контролировать.

— Что случилось? — непонимающе спрашивает Эмбер, руша нашу идиллию.

Конечно, для неё ничего не изменилось. Вчера был выпускной, мы пришли домой с улыбками на лицах, весёлые, Тео остановился в отеле неподалёку. А уже с утра у меня случается истерика. Иногда я забываю, остальные люди проживают всего лишь одну жизнь, а не две, как я или Тео.