Джоша из-за того, что он стал ездить в школу со мной, хотя она жила всего в сотне метров от него и
у него была своя машина. Это была его проблема, не моя. И если он не мог разобраться с этим сам,
то он идиот.
Я отшвырнула прочь угольный карандаш и взяла графит. Возможно, рисунку не хватало
светотеней. Однако после нескольких штрихов я поняла, что ошибалась, и в итоге только испортила
относительно нормальный рисунок.
Телефон снова зазвонил; та же раздражающая мелодия, которая мешала сконцентрироваться.
Ругаясь, я схватила сотовый, пока он не свалился с тумбочки, и бросила рядом с собой на кровать.
Джош знал, что этим вечером я заканчивала портфолио. Я хотела сдать его пораньше, чтобы быть
уверенной, что попаду на досрочный отбор1, а не на общий поток в школу дизайна Род-Айленда. Его
звонок мог подождать, он бы понял.
Телефон продолжал звонить, прерываясь только для того, чтобы появилось оповещение о
входящем смс. Качая головой, я повернулась и взглянула на часы. Яркие цифры на будильнике
ослепили мои замутненные глаза. Отпустив еще пару ругательств, я проморгалась, и цифры наконец
обрели четкость. Два двадцать три. Что такого важного хотел сказать мне Джош, названивая в
половине третьего?
Я потерла глаза и, не глядя на имя на дисплее, ответила:
– Что на этот раз, Джош?
– Элла? Это я.
У меня ушла секунда, чтобы узнать голос. Он звучал сбивчиво, хрипло и тише, чем обычно.
Я уставилась на телефон. Я понимала, что говорила моя сестра, но все равно поискала ее взглядом в
своей темной комнате. Не знаю почему, ведь у нас с десяти лет были разные спальни.
Мэдди была в постели, когда вечером я поднималась наверх. Ее наказали. Во вторник папа
вернулся с работы пораньше и застукал их с Алексом в спальне. Она пыталась уговорить папу
отпустить ее сегодня, предлагала даже на три недели забрать у нее телефон, но в конце концов все же
пришлось остаться дома в компании со мной и коллекцией DVD. Тогда что же она делала на другом
конце провода?
Включив свет, я посмотрела через узкий коридор на дверь ее комнаты. Как всегда, она была
закрыта, и мне пришлось подняться, сделать до двери семь шагов и открыть ее. В комнате было тихо,
смятая постель пуста, а окно приоткрыто, видимо, чтобы она могла забраться обратно.
– Мэдди? Ты где?
– У Алекса, – ответила она приглушенным голосом, наверняка из-за слез.
– Что случилось?
Я была заинтригована как никогда. Мэдди не плакала. Никогда. Она говорила, что слезы –
признак слабости, к тому же, из-за них размазывается макияж. Про слабость я понимала: тусовка
модников, в которой вращалась моя сестра, использовала бы что угодно против друг друга.
А вот про макияж… да, мне этого было не понять.
– Ничего. Неважно. Мне просто нужно домой, Элла.
– Где твоя машина?
Я решила, что она потеряла ключи или, еще лучше, слишком напилась на вечеринке Алекса,
чтобы вести машину. Конечно, я заберу ее, но сначала мне хотелось вытащить из Мэдди правду.
1 Прим. пер. : в рамках программы досрочного отбора (early admission) ученик старшей школы, отвечающий
всем конкурсным требования к поступлению, может быть зачислен в университет на очную форму обучения до
окончания школы.
4
LOVEINBOOKS
– Она дома. Меня подвезла Дженна.
– Мэдди, сейчас половина третьего, – сказала я, уже обуваясь. – Неужели Дженна или Алекс,
или кто-нибудь еще не может отвезти тебя?
– Нет, Алекс не может, а Дженна не станет.
Я пожала плечами, даже не задумавшись, что сестра этого не увидит. Я не понимала, почему
Мэдди зависала с Дженной, и что она вообще нашла в своей лучшей подруге.
– Ну же, Элла. Если мама с папой узнают, что я смылась, мне крышка.
Я фыркнула в ответ. Крышка? Моей сестре никогда не влетало. Она всегда увиливала, всегда
точно знала, что сказать, чтобы выйти сухой из воды. С мамой она в таких случаях была очень
милой, с папой надувала губки, а с Алексом… ну, думаю, она пользовалась для достижения своих
целей другим арсеналом.
Своих друзей я могла пересчитать по пальцам одной руки, Мэдди же была способна
заполнить смехом целую столовую. Я просыпалась в шесть утра, чтобы прийти в школу пораньше,
она появлялась в школе спустя пять минут после звонка и рассыпалась в жалобах, что у нее спустило
колесо, чтобы избежать наказания. Я буквально валилась с ног, измученная зубрежкой до полуночи,