— Чё?.. — в надежде на спасение уточнил я.
— Ладно, не буду вас больше держать. Идите, отдыхайте.
— Я к Еве, — Болди скрылся за дверью.
Мы вышли в помещение торгового центра. Людей стало меньше, некоторые спали, некоторые — ужинали.
— Ник, можно тебя? — тихо спросила Харли.
— Конечно.
Она увела меня в комнату, похожую на кабинет, который в прошлом принадлежал работнику одного из здешних магазинов.
Тёплое освещение из двух-трёх свечей и розового неба в большом окне грело мои остывшие, успевшие замёрзнуть от усталости и страха руки. В центре стояла небольшая кровать, рядом с ней офисный стол, шкаф, вешалка. Вполне себе уютное гнездо. Харли села на кровать и вытянула ноги вперёд, уставившись на загорающийся в окне закат. Я сел рядом и начал разглядывать пышные облачка персикового цвета. Кровать оказалась мягче, чем я думал.
— О чём-то задумалась?
— Нет, вовсе нет. Просто, так всё странно, да?
— В каком смысле?
— Ну, вся эта… Ситуация в городе. Монстр, люди, звери… Боже, в аду и то спокойнее.
— Кто знает…
— Вообще, устала я от этого, столько всего с нами приключилось. Я всегда мечтала о бурной жизни. Путешествия там разные. Чтобы не было времени на отдых. Ведь жизнь так коротка.
— Ну не знаю, меня что-то не особо впечатлили походы по горам.
Особенно, когда я чуть не свалился в пропасть…
— Это ты так говоришь, ведь можешь себе это позволить.
— Мог позволить.
— Ну да.
Сердцебиение учащалось, я слышал, как её дыхание тяжелело, становилось глубже и громче. Она с трудом начала, забросив ноги на кровать и повернувшись ко мне:
— Ты… ничего не чувствуешь?
— Что именно тебя беспокоит?
— Не знаю, здесь… Весьма душно.
— Д-душно?
— Ага. Такое странное чувство. Внутри что-то шевелится будто.
— Понятное дело, ты ведь живая.
— Ты не понимаешь. Глупенький, — на лице загорелась лёгкая улыбка, мгновенно потухнув. Она хотела продолжить разговор, но передумала.
Харли подтянула ноги под себя и опёрлась на коленки, сев напротив меня на кровати. От неё исходил приятный аромат духов. Не знаю каких, я в этом не очень хорошо разбираюсь. Но что-то действительно поселилось в её груди, желая броситься на меня. Девушка с трудом сдерживала дрожь, проходящую через её руки. Она смотрела мне в глаза, тяжело дышала. Её нежные волосы скрывали часть её глаз, она не спешила их поправлять. Расстояние между нами сокращалось, казалось, будто она падала в мою сторону. Глаза сомкнулись, губы расслабились, показались белоснежные зубки, грудь наполнилась воздухом. Я с трудом сглотнул. Наши губы коснулись. Ощущение нежного, немного влажного бархата охватило всё тело. Я не могу описать этого, у меня нет слов… закат загорелся, вспыхнул, а вместе с ним свечи, чиркнув фитилём.
Всё тело парализовалось, наши руки и ноги сплелись, мы, обвитые общим чувством, сладким, как сахар и горьким, как вино, упали на кровать. Обессиленный от её вида, я лежал под ней и крепко сжимал её ладони, пальцы проходили друг между другом, пожирали запястья. Она сбросила с себя всё, оставив одну майку, вписавшись в свой откровенный образ. Закат пылал огнём, воск на свечах плавился и тёк. Кровать нежно щекотала своими волосками, волнами на потоках прохладного ветра. Губы не покидали друг друга, нежно скользя друг по другу. Реснички мило хлопали и порхали. Одеяло, словно облако, укрыло нас, поглотило, парило над нашими телами. Волосы Харли вились и ласкали меня, я ничего не видел, но всё чувствовал. Её тело, грудь, светло-розовую майку. Девушка кусала губу, будоражила волосы на голове, ласкалась в объятиях и поцелуях. Мигали пурпурно-красно-розовые неоновые вывески, вышки домов, огромное спиральное здание. Закат догорал неоновой, любовной палитрой, свечи топили своё горячее пламя в мокром воске.
Не знаю, сколько пылали наши чувства, стучались сердца, но я никогда не забуду эту ночь.
Глава 14
Сон кончился так же внезапно, как и начался. Комната была хорошо освещена, расстановка мебели ничуть не изменилась. Всё тот же офисный стол с лежащим на нём неизвестным оружием,
подобранным мной в офисе Infinitum. Всё тот же стул с небольшим шкафом, забитом бумажками и прочими личными вещами. В распахнутом настежь окне плыли белые облака, голубое небо было похоже на покрывало, под которым мы беззаботно валялись. Я и Харли. Она мило сопела, вцепившись мне в руку, забившись ко мне в объятия. На лице заснула довольная и счастливая улыбка, волосы неаккуратно расхлестались по кровати. Джинсы валялись где-то на полу. Розовая полосатая майка была одета, однако она сползала с плеч девушки. Были видны обнажённые плечи, которые слегка шевелились. Харли продолжала спать, а я — разглядывать её наполовину скрытое под одеялом тело, которое защищала только небольшая майка. Наконец я тихо положил её голову на подушку и отошёл к окну. Неоновые вывески и надписи погасли, город спокойно дышал, веяло прохладой. Спиральное здание по-прежнему мигало и кружило огнями. Внизу ходили люди с автоматами, одетые в каски. Солнце ясно сияло на небе, пушистые облака обходили жёлтый круг. Я надел футболку, закинул рюкзак и аккуратно повернул ручку входной двери. Заперто.
— Уже уходишь? — нежно спросила с постели только что
проснувшаяся Харли, прикусив нижнюю губу.
— А-а, да так, просто хотел прогуляться.
— А как же я? Или твоя страсть ко мне уже прошла? — она улыбнулась. — Вечно у вас лишь одно на уме.
— Разве не тёплые чувства? Или ты всё-таки не веришь в любовь? — Ты не похож на человека, который способен любить, — она вскочила с кровати и подошла, закинула руки ко мне на плечи и чуть приподнялась. — Но раз уж ты заговорил о любви, то я вполне могу любить тебя.
— Отлично, значит, будем жить, как Болди с Евой?
— Вот такого счастья мне не надо! Будем любить друг друга… Как друзья, согласен?
А я всегда считал, что любая девушка мечтает о принце, который прискачет на белом коне и спасёт попавшую к дракону принцессу. Видимо, стереотип давно устарел, однако Милли казалась мне именно такой девушкой. Харли же вела себя абсолютно иначе. Её стремление к свободе не давало чувствам полностью овладеть её телом, именно поэтому она старается не увязнуть в любовных темах.
— Согласен, только открой дверь, мне нужно узнать кое-что.
— Хорошо.
Она вставила ключ в дверную скважину и прокрутила его четыре раза, дверь открылась, а девушка спряталась за стенкой, ведь ничего кроме майки не скрывало её обнажённого тела, которое слегка просматривалось даже во тьме. Харли не стеснялась ни себя, ни меня. В конце концов, сегодня мы с ней стали гораздо ближе.
— Ты когда придёшь? — спросил я.
— Не знаю, как смогу — приду. Ну, до встречи! — она закрыла дверь.
— Пока… — попрощался я с пустотой.
Белое помещение окончательно разбудило меня. Люди давно повылезали из своих общих спальней. Гул не умолкал, иногда бил по
ушам. Жители «Андерская» были похожи на прозрачные фарфоровые фигуры. Ничем не примечательные, такие же белые, полые внутри и лёгкие, готовые разбиться от любого неверного шага. Возможно, мне так показалось после того, что было между нами с Харли. Она, хрупкая и нежная, была твёрже камня, они, призванные оберегать безопасную зону, подобно церберам, были не прочнее тонкого стеклянного окна. Парадокс на парадоксе. Эвакуация заставила оставшихся здесь людей задуматься о своём месте в жизни. Я же просто хочу быть с Харли. Но сначала нужно уладить одно дело, пробудившееся в моей голове несколько минут назад.
Я вошёл в то же помещение, куда вчера нас привёл Магнус. Попрежнему темно, огоньки серверов и компьютеров мигали отовсюду, шипели экраны, гудели рации, свистели вентиляторы. Посреди комнаты висела большая лампа, которая освещала карту, что полностью укрыла стол, как одеяло, которое утром укрывало нас с Харли.
За стулом вопросительным знаком сидел парень лет девятнадцати на вид, он что-то печатал на клавиатуре, таращась в белый экран. На нём были огромные наушники с большим количеством проводов, которые, словно лианы, уходили под стол с компьютером.