— Господин профессор.
— Что?
— Вы придёте на мой день рождения?
— Постараюсь.
— Постарайтесь.
— Кабинет зельеварения вновь в вашем распоряжении.
— Спасибо.
— Постарайтесь ничего не взорвать.
— Постараюсь. Передайте привет Стинки.
— Передам.Там на столе список зелий, которые надо сварить к новому учебному году. Займётесь этим?
— Да, конечно, — ей сейчас не хотелось ёрничать и подначивать его фразами наподобие «Неужели вы мне доверяете столь ответственное дело?».
Алька чувствовала, что вот-вот разревётся. Снейп уже жалел, что устроил это прощание. Он ненавидел долгие бессмысленные проводы. Но уехать просто так не мог. Ему было тягостно вести этот разговор ни о чём. Но очень не хотелось, чтобы Алька уходила. А она потихоньку пила чай и не могла заставить себя уйти. Это ведь их последний вечер перед долгой разлукой. Поставив чашку на стол, Алька поднялась, но направилась не к двери, а к дивану. Усевшись в уголке, она позвала:
— Господин профессор. Можно вас попросить?
— О чём? — он тоже встал из-за стола.
— Посидите со мной. Пожалуйста.
Он молча сел рядом с Алькой, как тогда, несколько лет назад. Её маленькая ладошка тут же уютно устроилась в его холодной руке, согревая её. Алька, не стесняясь, положила голову ему на плечо. Молчание перестало быть тягостным. Им было хорошо вдвоём. И хоть ни один из них не предпринял попытки нарушить установившиеся границы, каждый чувствовал — нет сейчас никого на свете ближе и роднее их. И только это чувство давало им силы перенести разлуку длиной в три месяца.
Свой семнадцатый день рождения Алька встречала ударным трудом во благо школьного зельеварения. Чтобы не поддаваться грустным мыслям и не сходить с ума от ожидания «приедет — не приедет?», она затеяла варку очень каверзного зелья, которое не отнимало много времени, полдня максимум, зато требовало огромной концентрации внимания — от него ни на минуту невозможно было отойти. Поэтому Алька не сразу заметила стоявшего в дверях Снейпа, который с удовольствием наблюдал за слаженными действиями своей ученицы, за её ловкими движениями и милыми гримасами, которых сама она не замечала в процессе работы. Вот она шмыгнула носом, вот почесала его тыльной стороной ладони, вот прищурилась, а вот быстро провела по губам кончиком языка… Не напугать бы её, а то от неожиданности выронит что-нибудь, ошибётся — и всё зелье насмарку. Снейп тихонько постучал в дверь в тот момент, когда Алька уткнулась в учебник, сверяясь с рецептом.
— Господин профессор! — радостно взвизгнула она, едва не бросившись ему на шею.
— Тссс. Тише, мисс Эйлин. Зелье испортите.
Сияющая Алька продолжила свою работу. Снейп немного понаблюдал за ней.
— Мисс Эйлин. Когда закончите, приходите в Большой зал.
— Зачем? — удивилась Алька.
— Как — зачем? Обедать, — усмехнулся Снейп.
Управившись с зельем, Алька быстро привела себя в порядок. По случаю приезда господина декана она решила немного принарядиться, поэтому пришла в Большой зал не в обычных джинсах и футболке, а в маггловском летнем платье с короткими рукавами, которое она купила непонятно зачем в начале нынешнего лета, посещая, по обыкновению, магазины Лондона с Черити Барбридж. Носить его Альке было абсолютно некуда, но оно ей так понравилось, что девушка не удержалась. «Вот и пригодилось», — думала Алька, переступая порог Большого зала. Остановившись на пороге, она удивлённо приподняла бровь и чуть склонила голову набок, абсолютно не замечая, что один-в один копирует своего декана. Посередине зала стоял стол, как в тот год, когда оставшиеся в Хогвартсе ученики отмечали Рождество вместе с преподавателями. Стол был уставлен праздничными блюдами. В центре стола красовалась большая ваза, наполненная великолепными бело-кремовыми розами. Над столом вились разноцветные блестящие звёздочки вперемешку с яркими бабочками. За столом уже сидели профессор Мак-Гонагалл, профессор Флитвик, Хагрид, Трелони и Аргус Филч. Завидев Альку, Мак-Гонагалл широко улыбнулась и приветливо позвала:
— Мисс Эйлина, прошу к столу!
«Так и не научилась правильно произносить моё имя» — машинально подумала слегка ошарашенная Алька, присаживаясь к столу и молча оглядывая всё это великолепие. Все присутствующие, за исключением, пожалуй, Филча, приветливо улыбались ей. «Чего это они?» — недоумевала Алька, но вслух вопросов не задавала. Наконец, в Большой зал вошёл Дамблдор в сопровождении Снейпа. Они уселись за стол, и Директор произнёс:
— Мисс Эйлина! Позвольте мне от имени всего нашего небольшого коллектива — он обвёл взглядом всех присутствующих, — поздравить вас с вашим днём рождения. И пожелать вам всего, что принято желать в таких случаях — здоровья, счастья и дальнейших успехов в учёбе.
По мере того, как Дамблдор говорил, глаза у Альки раскрывались всё шире. Так, значит, это ради неё накрыт праздничный стол? Ради неё собрались здесь все те, кто оставался в замке? Алька покраснела от смущения, чего за ней уже давно не водилось. Покраснела так, что из глаз чуть не брызнули слёзы. Когда Дамблдор умолк, она не смогла выдавить из себя ничего, кроме придушенного «Спасибо». Но, кажется, все поняли её состояние и постарались шутками и весёлыми пожеланиями сгладить Алькино смятение. Снейп, Мак-Гонагалл и Флитвик подарили ей книги, Хагрид — набор хрустальных флакончиков для зелий, Филч — сладости. А Дамблдор… Дамблдор подарил ей небольшую мягкую игрушку –нюхлера с кармашком на животе, точную копию настоящего живого нюхлера. В этот момент в зал влетел Пивз, кувыркнулся под потолком и взорвал хлопушку, осыпав всех потоком блестящих конфетти. Обалдевшая Алька стояла посреди этой суматохи, растерянно улыбалась, принимала подарки и поздравления, благодарила…
Наконец, все уселись за стол.
— Стойте! — быстро окинув его взглядом, Алька достала волшебную палочку и, взмахнув ею, наколдовала две бутылки шампанского, того самого, что всегда стояло в их доме на новогоднем столе. — Мне всё-таки уже семнадцать. По меркам волшебного мира я — совершеннолетняя. А значит, имею право выпить шампанского. А уж угостить им своих учителей — и подавно.
Никто возражать не стал. Шампанское всем понравилось. Оживление за столом продолжалось долго. Расходиться никому не хотелось.
Выходя с ворохом подарков из Большого зала, Алька окликнула Снейпа:
— Господин профессор!
Он подошёл к ней.
— Господин профессор. Вы сможете остаться в замке сегодня вечером?
— Да.
— Тогда… — Алька замялась, а потом, набравшись смелости, выпалила: — Я приглашаю вас сегодня вечером отметить мой день рождения на берегу озера. Ностальгические посиделки с шашлыком в узком кругу…
— Сейчас придумали? — губы Снейпа тронула лёгкая усмешка.
— Нет, что вы. Я об этом давно мечтала. Я же не думала, что мой день рождения в этом году будет отмечаться с таким размахом, — Алька улыбнулась, указывая взглядом на подарки у неё в руках.
— Мечты должны сбываться. Хотя бы некоторые из них. Идёмте, провожу вас, — он взял у неё из рук книги, оставив ей игрушку и сладости.
— Так вы придёте?
— А куда же мне деваться, мисс?
— И правда. От меня же не отвяжешься, — ухмыльнулась довольная Алька.
Летний северный вечер был светлым. Темнело медленно и неохотно. Снейп пришёл на берег озера, когда там уже догорал костёр, мясо было почти готово и издавало восхитительный аромат. Под высокой раскидистой сосной стоял небольшой походный столик, рядом — два раскладных стула со спинками, наподобие шезлонгов.
— Присаживайтесь, господин профессор, — пригласила Алька, ставя на стол поднос с шампурами и снимая с одного из них аппетитные куски мяса в тарелку. — Разлейте, пожалуйста, вино по бокалам.
Снейп послушно откупорил бутылку красного вина, стоявшую на столе и плеснул понемногу в бокалы.
— Не слишком ли много вы сегодня пьёте, мисс? -поинтересовался он.
-Вы думаете, я начну буйствовать? — Алька улыбнулась — Не бойтесь, господин профессор. В мои планы не входит напиваться. Я чуть-чуть…