Выйдя из класса после урока, гриффиндорское трио окружило Альку.
— Ты почему ничего не говорила нам про это зелье? — Рон не выдержал первым.
— А надо было? — равнодушно поинтересовалась Алька.
— Конечно!
— Зачем?
— Ну-у… Мы же друзья. Надо же с друзьями делиться своими успехами.
Алька пожала плечами.
— Мне не хотелось хвастаться.
— А может, ты не считаешь нас друзьями? — пытливо взглянул на Альку Гарри.
— А разве вас заинтересовали бы чьи-нибудь успехи в зельеварении? — голос Альки был по-прежнему равнодушным. — Это же не квиддич.
— А при чём тут квиддич? — взорвался Рон.
— Потому что успехи в квиддиче — это круто. И любому понятно. А зельеварение… Ну, что в нём крутого? — Алькин голос оставался тусклым и безжизненным.
— А может, ты не доверяешь нам? — спросил Гарри.
— Да погоди ты, — осадила его Гермиона. Она взяла Альку под руку и отошла с ней подальше, чтобы мальчишки не могли услышать их. — Ал, что с тобой происходит? Что-нибудь случилось?
— Не знаю. Настроения нет. Полнолуние, наверное, — буркнула Алька.
Альке, как и Гарри, очень не нравились вечеринки у Слагхорна. Побывав на одной из них, Алька решила, что не стоит тратить своё драгоценное время на эту скучнейшую тягомотину. Её не интересовали знакомства и связи Слагхорна со знаменитостями магического мира, а напыщенные отпрыски именитых семейств вызывали в ней приступы глухого бешенства. В конце того памятного вечера Алька, мужественно сдерживавшая свой острый язык вплоть до самого десерта, всё-таки не выдержала и с милой улыбкой светской львицы наговорила многим из присутствующих утончённых комплиментов, приправленных качественным ядом и полновесным сарказмом, достойным самого Снейпа. Тем не менее, Слагхорн настойчиво приглашал и её, и Гарри на приём по случаю Рождества, так что отвертеться от этого мероприятия не было никакой возможности. Перед обоими настоятельно встал вопрос, кого пригласить на эту вечеринку. Алька рассматривала вариант с Гарри, но решила, что после всего случившегося между ними, он вряд ли согласится на её предложение, тем более, памятуя о случае на Турнире Трёх Волшебников.
Наблюдая за манёврами Рона и Гермионы, Алька мысленно бранила этих идиотов. Их размолвка натолкнула её на одну неожиданную мысль.
В восемь вечера все приглашённые на приём к Слагхорну собрались в вестибюле. Когда большинство из них уже поднялось к кабинету Слагхорна, в вестибюле показалась Алька под руку с Роном. Лаванда Браун потеряла дар речи. Алька проплыла мимо неё, тихонько похохатывая в душе и с удовольствием ожидая реакции Гермионы. Что ж, оно того стоило! Увидев стоявшего рядом с Алькой Рона, Гермиона превзошла саму себя, изо всех сил флиртуя с Маклаггеном. А после еле вырвалась из его цепких объятий и, не обращая на Рона ни малейшего внимания, провела весь вечер в обществе Гарри с Полумной.
Для Гарри основным результатом посещения этой вечеринки стал подслушанный разговор Малфоя со Снейпом, после которого подозрительность Гарри и его ненависть к Снейпу только усилилась.
Альку, как, впрочем, и Рона с Гермионой, очень удивили успехи Гарри в зельеварении. Такое знание нелюбимого им ранее предмета вызвало у Альки массу вопросов и подозрений. Впрочем, эта загадка разрешилась довольно быстро. Секрет успеха заключался в учебнике Принца-полукровки, который достался Гарри на первом занятии у Слагхорна. Однажды Алька попросила Гарри показать ей этот учебник.
— Зачем тебе? — спросил Гарри, явно не желавший, чтобы Ал познакомилась с книгой поближе.
— Да просто так, — Алька умело скрыла свою заинтересованность. — Ведь не каждый день удаётся находить такие книги. Тебе что, жалко? Я же его не съем.
Гарри неохотно протянул ей учебник. Алька стала быстро листать его, иногда останавливаясь на особо интересных пометках. Этот почерк она узнала сразу. Он почти не изменился за столько лет. Рассеянно листая учебник, Алька лихорадочно соображала.
Зачем Снейп подбросил Гарри этот учебник? Ведь не идиотка же она, чтобы предположить, будто эта книга пролежала столько лет в шкафу, и никто до Гарри её не нашёл. Значит, Снейп положил её туда специально, чтобы она досталась Гарри. А если бы первым её схватил Рон — что тогда? Снейп предполагал, что Гарри сумеет как-нибудь выпросить этот учебник у Рона?
На какое-то время Алька поддалась чувству ревности и обиды. Почему этот учебник достался не ей, а Гарри? Но тут Алька вспомнила свои же слова, обращённые к Гарри, о том, что Снейп пытается затолкать в него знания любым способом, несмотря на его отчаянное сопротивление. Ну конечно! Гарри не хочет получать никаких знаний от Снейпа, поэтому тот прибегнул к хитрости, подсунув свой учебник этому упрямому ослу. А Альке эта ценная книга не досталась только лишь потому, что Снейп и сам может научить её всему без всякого учебника. Она-то, в отличие от Гарри, сама просит профессора учить её. И потом, всё-таки Гарри — избранный, это ему предстоит сражаться с Волан-де-Мортом, а не ей, Альке. Поняв это, она успокоилась, но желание заполучить учебник в своё личное пользование у неё не прошло.
Несмотря на некоторое напряжение, явственно сквозившее в отношениях между Алькой и Гарри, а также на сильнейшее презрение, возникшее у Гермионы по отношению к Рону после того, как он внезапно воспылал чувствами к Лаванде Браун, друзья продолжали делится друг с другом всем тем, что каждому из них удавалось узнать о событиях, происходящих в школе. Впрочем, холодок недоверия, пробегавший между Алькой и Гарри, не позволил ему рассказать ей о своих подозрениях насчёт того, что Снейп действует заодно с Малфоем и ему нельзя доверять. Если уж сам Дамблдор не захотел слушать Гарри и твёрдо заявил, что он доверяет Снейпу, то что уж говорить об Ал, которая влюблена в это чудовище, как кошка? Хорошо хоть, что она там у себя пристально следит за Малфоем и в случае чего, предупредит друзей о его действиях.
Зато Гарри не опасался делится с друзьями теми сведениями, которые он получал на встречах с Дамблдором. Так что историю Тома Реддла в воспоминаниях очевидцев Алька знала достаточно хорошо. Постепенно добрались и до главного — до крестражей. Гермиона, как обычно, перелопачивала горы литературы в библиотеке Хогвартса, пытаясь разузнать о них побольше, но все её усилия были напрасными.
Гарри, благодаря учебнику Принца-полукровки продолжал оставаться звездой отечественного зельеварения в масштабах одной отдельно взятой школы волшебства. Когда этот тупица вычитал в учебнике подсказку Принца про безоар и успешно воспользовался ею, Гермиона спросила его сквозь стиснутые зубы:
— И ты прямо так вот сам до безоара и додумался, а, Гарри?
— Для этого нужна душа истинного зельедельца! — не дав Гарри ответить, радостно объявил Слагхорн. — Такой же была и его матушка. Лили обладала интуитивным чутьем на зельеварение, которое Гарри, несомненно, от нее унаследовал… Да, Гарри, да, если вас под рукой имеется безоар, это решает проблему. Хотя, поскольку он не помогает от всего на свете, да и встречается довольно редко, умение составлять противоядия вам все же не повредит…
И тут Альку осенило. «Лили обладала интуитивным чутьем на зельеварение, которое Гарри, несомненно, от нее унаследовал…» Интуитивным чутьём? Да ведь это Снейп подсказывал ей всё! Это благодаря ему она имела такую репутацию в глазах Слагхорна! А ведь в учебнике Принца были его записи не только о зельях, но и о заклинаниях. В том числе и о заклинании «Левикорпус»…. Получается, это заклинание изобрёл Снейп, показал ей, а она разболтала об этом Джеймсу? Который использовал против Снейпа его же заклинание?! У Альки в глазах потемнело от ненависти. И после этого она ещё разобиделась на «грязнокровку»?! Дрянь! Какая дрянь! Да грязнокровка — это самое ласковое слово из тех, что она заслуживает! Алькины руки сжались в кулаки, из глаз вот-вот готовы были брызнуть злые слёзы. Пожалуй, никто в классе не выглядел более обозлённым, чем Алька. Гермиона с Малфоем ей и в подмётки не годились. Ничего, пусть думают, что Алька злится оттого, что перестала быть лучшей в классе. Пусть. Господи, как же она в этот момент ненавидела и Гарри, и его родителей! И заново переживала всё то, что пережил мальчишка по имени Северус, в тот страшный для него день, когда его не только унизили, но, как оказалось, ещё и предали.