— Как он мог усилиться?
— Вот и я думаю, как? Идем в тренировочный зал.
— Зачем? Может, хватит тренировок на сегодня?
— Идем. Будем проверять мою теорию. Другой возможности может не представиться.
— Ах, Эрик, ну почему бы тебе не пойти как нормальному магу к себе в комнату и не отдохнуть.
— А кто сказал, что проверка новой теории не отдых для меня?
Мне оставалось только вздохнуть и покорно поплестись за другом в тренировочный зал. Он был погружен в темноту, и нам пришлось зажечь несколько магических шаров.
— Давай, вставай в стойку. Я буду бить солнечным диском, а ты отражай точно таким же щитом, как сегодня днем.
Я покорно исполнила все, что сказал Эрик. 'Бабах!' Меня отнесло к стене. Щит не выдержал удара и разлетелся. Тренировка тем и отличалась от настоящих магических боев, что на наших способностях ставились блоки, позволяющие воспроизводить само заклинание, но избегать его разрушительных последствий.
— Ничего не понимаю, — глядя на меня, растянувшуюся у стены, произнес Эрик. — Ты почему удар не отразила?
— Я отражала. Просто щит не выдержал и распался.
— А это был такой же щит, как днем на тренировке с Альтаром?
— Точно такой же.
— Как он мог выдержать его удар, а мой не мог?
— Эрик, я понятия не имею. Это у тебя теория возникла.
— Но у меня возникла теория о том, что твой магический дар усилился, а теперь он снова слабый.
— Он у меня вообще спонтанный.
— Так быть не может. Все в этом мире подчиняется каким-то законам. Если он реагирует на твои эмоции, значит должен одинаково реагировать, а твой дар постоянно колеблется.
— Что я то могу поделать?
— Подумай! Это твой дар.
— Что здесь происходит?
Мы с Эриком подпрыгнули от звуков этого голоса. Я поспешно отлепилась от стены и встала на ноги, а Эрик почтительно склонил голову:
— Господин куратор, мы здесь тренируемся.
— Кажется, я объявил о конце тренировок и велел всем расходиться на отдых.
— Все верно, господин куратор, мы просим у вас прощения. Просто вот она, — ткнул в меня обвиняющим жестом Эрик, — днем отразила ваш солнечный диск, а мой отразить не хочет.
— Не хочет отразить ваш солнечный диск?
— Ну да. Она ведь справилась во время тестирования, а теперь изображает бессильного мага.
— А чего вы, собственно, добиваетесь?
— Я пытаюсь выяснить, от чего зависит ее дар.
— Имеете в виду, что у нее нестабильный дар и он от чего-то зависит? Такого не может быть.
— Вот у нее может! Совершенно уникальный случай, господин диор. Ее дар реагирует на эмоции.
— Вы в этом уверены?
— Бесспорно!
Лично мне уже надоело слушать обсуждение собственной персоны, таким тоном, будто я рядом не стояла. Эрик же, ведомый своим исследовательским вдохновением, взмолился:
— Господин дар Астелло, пожалуйста, ударьте в нее диском снова, тогда мы увидим, снизился ее дар или нет.
— Ну что же, из любви к науке готов согласиться на вашу просьбу. Прошу вас, ди Орсано, занимайте боевую стойку.
Со вздохом исполнила приказ и выставила щит. Яркий солнечный диск, стремительно вращаясь, врезался в него на огромной скорости и… рассыпался на тысячу сияющих частиц. Кажется, мы зашли в тупик.
— У меня новая теория.
— Интересно послушать.
— Это ваше присутствие усиливает ее магический дар.
Я от его слов даже поперхнулась. Заботливо похлопав меня по спине, Эрик продолжил:
— Не вижу другого объяснения.
— Почему именно мое присутствие?
— Я не уверен, но у вас очень сильный дар, может от того и ее дар усиливается.
— Это весьма слабое доказательство.
— Я согласен, но ведь теория достойна рассмотрения.
— Я подумаю над вашей теорией на досуге, а теперь просил бы, господа, отправляться на отдых, завтрашние тренировки никто не отменял.
Почтительно склонив головы, мы простились с куратором и отправились по комнатам. Я злилась на Эрика. Понадобилось же ему втягивать меня в эту историю, еще и теорию дурацкую выдвинул, будто Альтар одним лишь присутствием удваивает мои силы. Теперь еще, поди, копаться начнет в моих эмоциях, пытаясь выявить взаимосвязь между ними и даром. Фу, просто слов нет!
— Лелька, не фыркай. Ну, я же любя, для тебя неблагодарной стараюсь.
— Знаешь, куда мне хочется тебя такого любящего отправить?
— С удовольствием узнаю, только потом, попозже, когда мы твой дар раскроем. От науки еще никто не убегал! — с этими словами Эрик звонко чмокнул меня в щеку и ускакал вверх по ступенькам, а я со вздохом покорности судьбе отправилась вслед за ним вкусить заслуженного отдыха.