— Мерлин говорит, что они уже подтвердили по меньшей мере двести погибших на месте, — сказал Нарман Байц из Эрайстора. Он и княгиня Оливия гостили у своего дяди Ханбила, герцога Саломона, когда произошло нападение. Теперь их карета возвращалась во дворец, и Оливия крепко прижималась к нему, положив голову ему на плечо.
— Я не хочу отвлекать его, приставая к нему с вопросами в данный момент, — решительно продолжала пухленькая маленькая княгиня, — так что у меня нет лучшего подсчета, чем этот. Однако я уверена, что есть еще тела — или, во всяком случае, их части, — которые ждут, чтобы их нашли. В полдень на Грей-Виверн-авеню? — Она рявкнула резким, злым смехом, который был больше, чем наполовину рычанием. — Нам повезет, если итоговый подсчет не превысит трехсот! И ты прав, Кайлеб; они не смогли бы провернуть это, если бы мы не позволили себе стать слишком предсказуемыми.
— Я не думаю, что это была единственная причина, по которой им это сошло с рук, — сказала Шарлиан, поднимая голову и прижимая к плечу молчаливую большеглазую Алану. Маленькая девочка понятия не имела, что происходит, но она явно была чувствительна к эмоциям окружающих ее взрослых.
— Что вы имеете в виду? — спросил Кайлеб, приподняв бровь.
— Я имею в виду, что наша собственная уверенность обернулась и укусила нас в задницу, как мог бы выразиться Мерлин, — сказала она. — Мы знаем, какое преимущество у нас есть со снарками и с Филином, чтобы управлять ими для нас. О, мы также знаем, что сведения могут просочиться — как, например, то, что произошло в Манчире. Но, несмотря на это, мы знаем, что у нас по-прежнему лучшая безопасность, чем у кого-либо другого во всем мире. Верно?
— Ты хочешь сказать, что мы позволяем себе быть убаюканными чрезмерной уверенностью. — Кайлеб пожал плечами. — Та же самая причина, по которой мы позволяем себе быть слишком предсказуемыми, Шарли.
— Нет, это не то, что я говорю. Или, во всяком случае, это не все, что я говорю. — Шарлиан глубоко вздохнула. — Думаю, что на самом деле я имела в виду, что мы знаем, какое у нас преимущество, но иногда мы забываем, что другая сторона тоже это понимает. Они находят способы обойти это, и мы не ожидали, что они это сделают.
На мгновение воцарилась тишина, а затем Нарман кивнул, когда его экипаж начал пробиваться сквозь оживленное движение в Черайте.
— Как они поступили с той дезинформацией о том, в какую сторону на самом деле собирался отправиться Харпар со своим флотом, ты имеешь в виду? — спросил он.
— Я думаю, да, — ответила она. — Но это идет еще дальше. — Она, очевидно, проводила свой собственный анализ, когда говорила, и Кайлеб скрестил руки на груди, пристально наблюдая за ней. — Тогда было более… пассивно. Или, возможно, оборонительно. То была дезинформация, как вы сказали, Нарман; это нечто гораздо более активное. Им удалось доставить того, кто вывел этот фургон на заданное место в Теллесберге, и им удалось снабдить его порохом, в котором он нуждался, и мы так ничего и не увидели. Ничегошеньки! Как они это сделали? Как они могли создать организацию, которая могла бы координировать что-то подобное так, чтобы мы ничего не видели?
— Они не могли, — медленно произнес Кайлеб, и она кивнула.
— Поэтому я не думаю, что они сделали что-то в этом роде, — решительно сказала она. — Не знаю как, но Бог свидетель, инквизиция всегда управляла шпионами, информаторами и агентами-провокаторами, и Клинтан уже доказал в Манчире, что он может организовать убийство правящего князя, и никто не поймает его на этом! Им также каким-то образом удалось доставить этого убийцу и его оружие на место, и единственный способ, который я могу придумать, чтобы они сделали это без того, чтобы мы их поймали, — организовать это так же, как они, должно быть, организовали свой дезинформационный гамбит перед Марковским морем.
— Они спланировали это и собрали все вместе внутри Храма, где мы не можем заставить снарков шпионить за ними, — сказал Нарман, — то, что ты хочешь сказать. И поскольку они выяснили, что наши шпионы лучше их, даже если они понятия не имеют, почему это так, они послали своего человека без поддержки.
— В любом случае, его не поддерживал никто, с кем ему приходилось здесь связываться, — поправила Шарлиан. — Я не думаю, что кто-то мог каким-то образом организовать все это самостоятельно после того, как он был здесь. Должна была быть какая-то подготовительная работа, прежде чем они отправили его сюда. Но я готова поспорить, что любой контакт с кем-либо здесь, в Теллесберге или Старом Чарисе, проходил через Храм, а не через кого-либо еще здесь.