— Согласен, — согласился Паркэр, и Стонар кивнул.
— Хорошо, мы подумаем о дате выступления с их стороны где-нибудь в ближайшие два месяца. Если окажется, что у нас есть больше времени, тем лучше.
— Слышали ли мы что-нибудь от Канира или очаровательной и коварной мадам Парсан? — иронично спросил Гадард, и Стонар усмехнулся.
— Не напрямую, нет. С другой стороны, мы официально пытаемся арестовать Канира — конечно, как только сможем его найти, — и мадам Парсан не знает — по крайней мере, официально — что мы даже осведомлены о ее деятельности. Это немного затрудняет им открытый обмен информацией с нами. С другой стороны, я подозреваю, что по крайней мере некоторые из информаторов Хенрая действительно являются частью сети мадам Парсан. Я думаю, она хочет убедиться, что мы узнаем о некоторых вещах, которые она обнаружила. В чем я гораздо менее уверен, так это в том, рассказывает ли она нам все, что обнаружила, или нет. — Лорд-протектор покачал головой. — У леди есть своя повестка дня, и, хотя я готов приветствовать практически любого союзника, если все обернется так плохо, как мы боимся, я не собираюсь предполагать, что она не предоставляет нам избранную информацию. Я не думаю, что она на самом деле солгала бы нам, чтобы заставить нас делать то, что она хочет, хотя бы потому, что она достаточно дальновидна, чтобы понять, как сильно это может навредить ей с нами в будущем, но я уверен, что она не была бы выше… манипулирования информацией, чтобы заставить нас делать то, что она хочет. Чем бы это ни оказалось.
— Леди представляет силу, с которой нужно считаться, — согласился Паркэр. — Вы знаете, она и моя жена очень сблизились. Я предупреждал Жанайю, чтобы она была осторожна, и вы все знаете, что Жани не дура, но она явно одобряет мадам Парсан. Она тоже думает, что она одна из самых умных людей, которых она когда-либо встречала.
— Так же считают Тиман и Овейн Квентин, — согласился Мейдин.
— Я знаю, — кивнул Паркэр. — Но чего Квентины, возможно, не знают, так это того, что агенты по закупкам мадам Парсан — агенты по закупкам, которых она, похоже, очень старалась держать подальше от Дома Квентин и ее официальных, законных инвестиций — теперь завладели чем-то более чем восемью тысячами нарезных мушкетов. Которые с тех пор все таинственным образом исчезли.
— Что?! — Гадард уставился на него, и сенешаль кисло усмехнулся.
— На самом деле Харайман известил нас, что она вкладывает деньги в винтовки, — отметил он. — И мы рекомендовали ему — неофициально, конечно, — пойти дальше и продать их ей, чтобы профинансировать некоторые дополнительные производственные мощности без каких-либо инвестиций с нашей стороны. — Он пожал плечами. — Очевидно, я бы предпочел сам инвестировать и накапливать оружие, но, если есть что-то, что агенты Клинтана должны искать, так это доказательства того, что мы участвуем в какой-то крупной программе перевооружения, не упоминая об этом Матери Церкви.
— Я все это понимаю, — немного нетерпеливо сказал хранитель печати. — Я участвовал в обсуждении, помнишь? Но восемь тысяч винтовок?!
— Похоже, у мадам Парсан было гораздо больше средств для инвестиций, чем мы думали, когда рекомендовали Харайману продать ей все, что она заказала, — немного капризно сказал Паркэр. — Интересно, что бы она сделала, если бы он предложил изготовить для нее артиллерию?
— Что, черт возьми, если вы простите мой язык, она планирует делать с таким количеством винтовок? — спросил Гадард у Стонара, и лорд-протектор пожал плечами.
— Надеюсь, что-то, что не понравится Клинтану. В то же время, однако, если мы не хотим официально уведомить ее и спросить, не будет ли она так любезна передать их нам, я думаю, нам нужно планировать на основе того, что мы знаем, что у нас есть, и что, как мы боимся, Патковайр и Эйрнхарт, возможно, сумели сделать доступными на своей стороне холма. У кого-нибудь есть предложения?
— …честь быть и так далее, и так далее, — сказал сэр Райджис Драгонер, глядя на город Сиддар, мирно дремлющий под золотым сентябрьским послеполуденным солнцем. Он вздохнул, затем повернулся и встал спиной к окну, наблюдая, как деловитая ручка Вайнаи Тирстин записывает последние несколько слов. — Я доверяю вам закончить все как следует, — сказал он с улыбкой, которая была лишь слегка натянутой.
— Да, посол. — Вайнаи подняла глаза со своей собственной улыбкой. Это была не очень-то широкая улыбка, но Драгонер все равно был рад ее видеть. Она не очень часто улыбалась с тех пор, как потеряла не просто брата, но и любимого двоюродного брата во время взрыва на пороховой фабрике в Хайрате. — Уверена, что смогу придумать достойное уважительное завершение.