- Ты дурак! - уже совсем без сил противостоять логике мечника бросила девочка. - А как же ты?! Как же ты сам?! Почему о себе ты не думаешь? О том, что ты будешь делать после победы? Почему ты ведешь себя так, будто твоя главная мечта - оказаться еще одним именем на памятной доске для героев этой эпохи?
- Да потому что мое имя и так уже на этой доске, - устало отозвался Рэн. Выдохнув, он осел на корточки. Его взгляд застыл где-то в пустоте. - Я сейчас живу в кредит у Судьбы для одной конкретной цели. И когда закончу все свои дела, меня ждет приятный покой и забвение. Я не должен был выжить в той битве, в День Корва. Но, все сложилось немного иначе... наверняка, подарок Кида, мое возрождение, - все это не случайно. Может быть, именно так и должно было быть. Я - всего лишь запасной план Кида. Аварийный протокол на случай, если Альянс однажды ощутит себя победителем в битве с нами...
- А может быть, ты просто вернулся к жизни, использовав знания величайшего эрикрисса последнего столетия, - не унималась девочка. - Потому что хотел жить! Как тебе такой вариант?
- Эрния...
Тяжело вздохнув, воин снова закрыл лицо руками и замолк. На минуту воцарилась тишина. Небольшая пауза в битве двух сознаний, двух разделенных душ, все больше уходящих друг от друга на пути к мечтам. Девочка почти безостановочно вытирала слезы, не сводя взгляда со своего покровителя. Но по ее личику было видно - сдаваться она не собиралась.
- Скажи, Эрния, - вдруг тихо с легкой улыбкой продолжил Рэн, опуская руки. - Ты вообще представляешь меня в кругу семьи? Мужем любящей жены, которая сможет принять мои заскоки, своенравность и военную выучку? Отцом троих детишек, каждый из которых унаследует мое великолепное очарование бомжа, бредовость психопата и суицидальную склонность к разрушению любого порядка? Даже, вот, без всего этого бреда, который я только что выдал - я и семья в доме, залитом солнцем, где-нибудь в мирах. Вне войны, вне трагедий... с заботами только об урожае и состоянии нашего дома...
- Я... - на смущенном лице девочки появилась робкая улыбка, - да, я могу такое представить... Как хочешь, но я могла бы...
- А ведь мне никогда не везло с девушками, - продолжил мужчина с рассеянной улыбкой. - Не то, чтобы совсем. Просто я никогда особо не интересовался отношениями или чем-то подобным. Сколько бы ни думал об этом, мне, обычно, просто некогда было искать себе подругу. Со мной были мои друзья: Кид, Эйн, Нэйт со своей девушкой... Мне этого хватало. Я и не успевал подумать о времени, когда можно было бы уже остепениться, осесть и подумать о семье. А сейчас... сейчас уже поздно. Да и нет в этом необходимости.
В темноте он медленно поднялся и приблизился к девочке. Грубоватая кожа его левой руки коснулась личика Эрнии. Бережным жестом черствые пальцы стерли влажный след со щеки. Рэн аккуратно прогладил столь знакомые ему волосы, неловко выровнял пряди, и убрал длинную челку за ухо, открыв лицо своей боевой подруги.
- В некотором смысле, я и так обманул Судьбу, и даже в этом случае остался победителем, - тихо продолжил мечник, осторожно поднимая за подбородок личико девочки. Он присел на корточки и внимательно взглянул в ее глаза. - Без семьи и женщины, я и так оставил этому миру свое маленькое продолжение. Ты - мое наследие. Пусть все вышло и не так, как у обычных людей... но у меня ведь по-другому и не бывает. Знаешь, - он задумчиво оглядел образ перед собой, - раньше я и не замечал, какая же милая у меня выросла дочь.
- Дурак!
Не выдержав сжимающих грудь чувств, Эрния просто потянулась к мечнику и обвила руками его шею. Прижалась так крепко как могла, со всей силы показывая, насколько она не хочет его отпускать. Рэн лишь неловко похлопал напарницу по спине и бережно погладил.
Ее горячее дыхание прорезалось у его шеи. В груди стучало беспокойное сердечко. Тонкое тело прижималось к нему, ища поддержки и тепла. И желая дать все это ему взамен. Маленький человек, что раньше был лишь случайной ошибкой при возрождении, без эмоциональным аватаром меча, сейчас дрожал от чувств и эмоций в его руках. Как настоящий живой человек, связанный со своим создателем даже больше, чем обычное дитя.