Опустив голову, женщина с теплой улыбкой заметила макушку своей дочери. Кираи была одета в незнакомую одежду. Тонкие джинсы и куртка с капюшоном, поверх красного свитера. Спутанные волосы, явно не знавшие некоторое время ухода, струились по телу девочки и спадали на одеяло.
Словно почувствовав взгляд матери, ребенок судорожно всхлипнул во сне и открыл сонные глаза.
- Мама? - сорвался звонкий голосок с губ девочки. Пару раз хлопнув яркими глазами, девочка скромно улыбнулась. - Добрый вечер! С пробуждением.
- Как ты, кролик? - ласково спросила Эйн, поглаживая дочь по волосам. Энергии Эйн тут же принялись обвивать родного человека, нежно проверяя ее состояние. Почувствовав это, девочка доброжелательно распустила свои эо.
- Я в полном порядке, - отчитался ребенок. - Я пробыла с тобой все время. Разговаривала с тобой во сне. Чтобы ты ни о чем не волновалась и быстрее приходила в себя. Ты помнишь?
После этих слов Эйн и правда вспомнила свои на удивление приятные сны. Кираи была в них, держа мать за руку и что-то рассказывая. Она много смеялась и грустила. И хотя у дочери не получалось совсем скрыть во сне волнения и переживания, главного она добилась - Эйн была обеспокоена только разговором со своим ребенком и не вспоминала о тревожных событиях, что погрузили измученную женщину в такое состояние. Сейчас Эйн чувствовала себя намного лучше, чем могла бы ощутить, проведи она сон в беспокойных мыслях о здоровье своих подчиненных и друзей.
Такова была сила младшей Сатэрн. Юной телепатки. Но сон закончился. И теперь уже ничто не могло отвлечь старшую Сатэрн от своих обязанностей и мрачной реальности. Улыбнувшись, женщина медленно поднялась и прижала к себе свое дитя. Кираи не стала спорить и мешать матери нарушать отдых. Она знала, что для нее лучше.
- Как там все? - задала самый волнующий ее вопрос Эйн.
- Переживают за тебя, - тихо отозвалась девочка, не отпуская мать из крепких объятий. - Ты проспала всего полдня. Многих уже подняли на ноги. Но некоторых нельзя вылечить с помощью энтэссенса. И их состояние...
- Я понимаю. Пойдем.
Кое-как поднявшись, Эйн быстро забралась в предоставленный ей халат. От боевой формы пиратки не осталось ничего толкового. Из-за безумных выходок Эйн, одежда превратилась в черный выжженный каркас - такова была сила искажений, порожденных гневом Сатэрн, когда она частично утратила контроль над своей эо. Из-за этой гари досталось и Эффиону. Правда, любимая гитара, разве что, покрылась сажей. Коснувшись верного инструмента, Эйн воспряла духом и натянула струнного друга на спину.
За стеной комнаты оказались, действительно, почти военные интерьеры своеобразных бараков. Невысокое здание соседствовало с ангаром, где расположились беженцы из Рассерана. Просторная площадь была поделена на множество отдельных боксов с помощью ширм, засеяна палатками и обустроена жилыми блоками в виде мобильных контейнеров.
Из техники ангар занимали только два судна. Аксеран, который Эйн отправила портальным констрактом прямо из завала вместе с уцелевшими Искателями. И Альтарион. Сейчас вокруг обоих кораблей собралось большое количество техников и инженеров в голубых комбинезонах с планшетами в руках. Люди с любопытством изучали машины сканерами и копались в реестрах летательных средств, ища сравнения.
- Что это за люди? - сконфуженно спросила Эйн, стараясь не замечать колющего чувства в кулаках. - Что за место?
- Этот официальный штаб независимого объединения колоний - "Ториэн Крата", - отчиталась девочка. - Они приютили нас и разрешили остаться, пока не восстановим силы.
- А с флотом все в порядке? - с легким испугом спросила мать.
- Основной флот еще не вернулся. Но не переживай - ни один корабль не пострадал, - спокойно ответила Кираи. - Они вовремя получили сообщение от Ксана, чтобы не вступали в бой. Поэтому им удалось избежать столкновения с Альянсом.
- Слава Ануэ, - выдохнула Эйн. - Впрочем, причем здесь этот слепец? Как дела у Рэна, Джейта и остальных?
- Ммм... Идем. Сама увидишь, - как-то сконфуженно заявила девочка.
Семейство Сатэрн незамеченным прошло мимо Искателей. Этот трюк дочери, Эйн был уже хорошо знаком. Девочка оказывала влияние на сознание простых людей и слабых энтэссеров, заставляя их не замечать определенных личностей. Правда, пока что выполнить этот сложный трюк Кираи могла только с полными силами и в мирных условиях. Стоило спокойному состоянию смениться напряженным или, не дай Ануэ, испугом или стрессом, и возможности юной Сатэрн заметно снижались.