- Ну, славно! - Рэн неуверенно развел руками, демонстрируя пренебрежение. - Значит, в те далекие времена тоже был свой экссекрет и способ вырезания его участников. Как это поможет мне?
- Это многое объясняет, - Сатэрн не отвлекалась от книги, сосредоточено водя пальцем по страницам и периодически их переворачивая. - Особенно, форму констракта. В те далекие времена понятия «констрактов» еще, в принципе, не существовало. Это в последние столетия они в большинстве своем приняли практичную форму круга и получили такое красивое имя. А тогда еще схемы энергетического воздействия могли представлять собой что угодно. В том числе бесформенные кляксы или сложные рисунки. Называли их просто печатями. Или хономерами.
Шаффи и Норфин с любопытством разглядывали страницы книги. Судя по их лицам, ученики мало что понимали в их содержимом. По крайней мере, до той поры, пока Эйн не остановилась на конкретном изображении, окруженном множеством вычурных записей. Ребята мигом побледнели.
- Вот же она. Дэксис Мория. Печать Смерти, - тихо и медленно проговорила Эйн, хмуро вчитываясь в записи.
- Смерти? Как банально. И... там ведь написано,.. как ее снять? - как-то робко спросил Рэн. - И что она делает?
Ответ последовал не сразу. Несколько секунд Эйн напряженно вчитывалась в строки на старом языке. И выражение ее лица становилось все более мрачным.
- Убивает, - наконец, просто отозвалась Эйн. - Даже хуже. Насколько я понимаю, она уничтожает душу, источники всех энергий, сам потенциал жизни в человеке. «Так, чтобы даже нечего было отдать на суд Ануэ». Она эридски сложна в изготовлении. Ставится на конкретную жертву. И... не имеет ни единого контр эффекта, которым можно было бы ее снять...
- Да не можем такого быть! - Рэн приподнялся в кресле, бросая взгляд на Эйн, словно пытался разгадать, не шутит ли она.
- Печать Смерти - сильнейшая из всех хономеров Судного Порядка - тринадцати меток, которыми вершили суд древние, - подруга была беспристрастна. - Она убивает за...
Эйн запнулась. Ученики Рикона переглянулись и бросили испуганный взгляд на Рэна. Даже Кираи прикрыла рот руками, видимо, прочитав мысли старших.
- Да-да? Сколько... мне еще осталось? - нетерпеливо спросил Рэн.
Еще раз перечитав некоторые строчки, гилдмастер пролистала несколько страниц назад и снова вернулась к рисунку Дэксис Мории. Перед ответом она прочистила горло и произнесла следующие слова, тихо, словно охрипши.
- Ты уже должен быть мертв, - последовал короткий и жесткий ответ. - Дэксис Мория вписывается не в поверхность, на которую ее ставят, не в тело. А в твою душу. Если вообще можешь себе представить, что это такое. Древние, по всей видимости, представляли. Иначе я не могу объяснить, как они умудрились создать что-то настолько нелогичное и ужасное. И да - заставить его работать. Печать Смерти использует твои же энергии, чтобы убивать. Медленно, но верно она должна превращать твою же силу в слабость. И, в конце концов, уничтожить тебя в корне самим же собой. Чем сильнее твои энергии, тем быстрее и мучительнее... ты будешь...
- Я понял! - Рэн жестом остановил подругу и слегка взволнованно подался вперед, снова берясь за бутылку вина. - Но... я ведь еще жив! Значит... Значит, Арктур как-то не так ее поставил? Или я, может быть,.. оказался настолько крут,... что не так уж и крут, чтобы так быстро умереть? Верно?
- Наверное, все дело не в тебе. А в Химере, - немного небрежно предположил Сойер. - Девчонка с тобой возилась почти все время, пока ты был в отключке.
- Никто ничего не мог сделать с твоим состоянием, - перехватила инициативу Эйн, задумчиво кивая головой. - Как бы мы не пытались тебя вылечить, ничего не помогало. Ты угасал быстрее свечи. И только она додумалась вместо лечения... начать тебя немножко убивать.
- Верно, - нервно усмехнулся мужчина. - Поотключала мне все источники, порезала нервную систему, лишила эо, заморозила вдобавок... Выходит, она меня спасала. А я ее...
- Однако, исходя из записей, это не поможет. Дэксис Мория все равно убьет тебя, - траурно продолжила Эйн. - Только теперь ей потребуется на это намного больше времени.
Мотнув головой, Рэн фыркнул с каким-то отчаянием. Явно озадаченный своим положением, он запустил пальцы в волосы и замер. Встревоженный взгляд остановился на какой-то точке в полу. Только спустя пару секунд он вспомнил про бутылку и одним махом опустошил ее.