- Вот как... - Ксан обреченно опустил голову. - Звучит так, будто эти слова произнес сам Арктур. Не похоже на вас...
- И действительно, - заметил Цэссан. - Начинаю проникаться этим... эридовым искусством.
* * *
Холодный ветер встрепал волосы и приятно охладил обожженное тело. Ритмичные глухие взмахи крыльев заглушали канонаду далекого сражения. Юноше потребовалось некоторое время, чтобы заново осознать себя и прочувствовать. Эо лениво заползали по телу, жалуясь на многочисленные ожоги, гематомы и порезы.
Сойер пришел в себя с трудом и тут же неловко дернулся. Под собой парень заметил размытые облака и землю в доброй сотне метров далеко внизу. Его удерживал на руках сам Вертхолк, поднимаясь все выше к своему кораблю.
Вокруг судна еще кипел бой, но силы Альянса, поняв тактику противника, теперь старались держаться от него подальше. Так как вблизи корабль Вертхолка, Кордэн Шохатерон, спалил своим грозовым фронтом уже не один фрегат Ай-Зур.
- Каори! - первое, о чем подумал Сойер осознано - была подруга, оставленная им на мостике. - Где Каори?
- Прости, мой друг, - произнес из уст крылатого совсем другой голос, нежели был в комнате с дымом. Более низкий и мелодичный без всякого шипения. - Я не заметил никого из твоих спутников, если ты имел в виду кого-то из них. Едва успел вынести тебя из корабля командира Альянса до того, как огонь достиг твоего укрытия.
- Мы должны вернуться! Я не могу ее оставить! Она была на мостике! - запротестовал парень.
- Боюсь, это совершенно бессмысленно, Сойер, - равнодушно отозвался Вертхолк. - Корабль командира Альянса выгорел изнутри. Мостик был выжжен, и никто не мог уцелеть в том огне. Сочувствую твоей утрате, но не отчаивайся. Гибель одного человека - не конец жизни другого. Так же, ничто не гарантирует то, что эта Каори погибла.
- Я должен узнать! Если ей нужна помощь... - растерявшись, монах попытался выбраться из хватки пирата. И тут же застыл, устремив взгляд в небеса.
Далеко в ночной тьме, закрывая собой звезды, в воздушное пространство Ирл-Вернора погружалась СКП Мантиро. Нижние блоки станции уже обхватывало пламя, подсвечивая ее в темных небесах. Вокруг нее продолжали сыпаться со всполохами обломки кораблей и куски корпуса. Где-то там, в этой крепости, находились Джейт и Рэн.
- Началось, - с восторгом прошипел Вертхолк. - Падение этой машины - символ скорого падения всего Альянса. Помяни мое слово. Не важно, сколько сегодня погибнет людей. Вслед за этой битвой последуют другие. Но ни в одной из них сэнтэлу Ай-Зур уже не быть триумфатором. Их время прошло. Настало время свободы. Время, когда выживет только сильнейший.
Мощным взмахом крыльев пират резко поднял себя ввысь и приземлился как раз на подоспевший ему под ноги союзный бриг. Раскосая ловкая машина, обвязанная тлеющими длинными флагами сзади, устремилась в сторону грозового линкора.
Сойер поспешил встать на ноги и отдалился от неприятного союзника. Синекожий продолжал с диковатым оскалом разглядывать поле боя и падающую станцию. Вытянувшись во весь рост, жуткий энтэссер сложил крылья за спиной и распустил свои могучие энергии.
Сражение не утихало. До сих пор со стороны СКП продолжали прибывать дополнительные силы. Пострадавшие корабли наоборот отступали для ремонта и затем снова возвращались в бой. Со стороны Крайтер так же сыпались редкие залпы, не прощающие ошибок тем врагам, что случайно попадали в ее поле зрения.
Где-то среди общего хаоса и огней петлял кораблик Эйн. Судя по всему, Аксеран уже основательно проел энергетический запас пилота, потому что в бою Повелитель небес почти не участвовал. Высоко над станциями пестрил яркими цветами белый глайдер. Верный летун ждал, когда герои вернутся с успехом на его борт, чтобы, наконец, закончить эту битву.
- Мы сражаемся не ради хаоса и просто уничтожения Альянса, - мотнув головой, наконец, произнес Сойер. - Наша конечная цель - не превосходство над противником. А обеспечение другим людям свободы от той участи, на которую Альянс обрекает жертвы своих экспериментов. И если бы нам удалось достигнуть этой цели, не прибегая к разрушению и войнам, так бы мы и поступили!
- Но вам не удастся. Любой войне, любой великой цели нужны жертвы, - спокойно проговорил Вертхолк. - И любой, кто собирается достигнуть успеха, должен считать эти жертвы. Это неуклонный бизнес самой жизни. За достижение своей мечты отдаешь часть своей жизни. За достижение изменений в мире отдаешь жизни и мечты людей, которым это нужно.