Его слова заставили меня испуганно отвести взгляд. Я действительно сильно отличалась от других жителей Цитадели, но как правило этого никто не замечал: хрупкое тело скрывал просторный балахон, бледная кожа и светлые волосы прятались под слоем грязи, а цвет глаз можно было рассмотреть лишь с близкого расстояния.
- Твоя дочь? – Малик коротко взглянул на Ису.
- Нет, - ответила она. - Ее мать умерла. Мы с мужем присматриваем за бедняжкой.
Мужчина скользнул рукой под одежду и бесцеремонно ощупал мое тело, несколько раз пройдясь по груди и ягодицам. Если бы он захотел, то мог раздеть меня на глазах у всех присутствующих, и никто не сказал бы ни слова – власть главы Цитадели была безгранична. Поэтому мне оставалось лишь молча стоять и ждать, пока закончится эта позорная пытка.
- Слишком тощая, - заключил Малик, наконец убрав свою руку. - Сколько тебе?
- Восемнадцать, - еле слышно просипела я.
- У тебя уже шла кровь?
Вопрос мужчины заставил меня покраснеть и снова опустить глаза.
- Нет, - поспешила ответить Иса.
- Девчонка моя! – громко озвучил Малик. - Заберу, как подрастёт.
Сопровождавшая его женщина презрительно фыркнула, а Иса расплылась в торжествующей улыбке.
Воспоминания о том злополучном дне постепенно приобретали ясность и виделись совершенно в другом свете. Теперь я понимала, что Иса специально устроила мое падение – воспользовалась моментом, чтобы избавиться от выдуманной соперницы.
Скрежет проворачиваемого ключа вывел меня из размышлений. Дверь распахнулась, и в комнату вошла Иса в сопровождении двух незнакомых девушек. Судя по чистой одежде, они проживали на верхних этажах Цитадели.
- Это она? – с сомнением уточнила одна из девушек, окидывая меня оценивающим взглядом.
- Да, - подтвердила Иса.
- Следуй за нами, - незнакомка небрежно кивнула в сторону открытой двери. – Нет! – брезгливо воскликнула она, увидев, как я потянулась за привычным балахоном. – Ничего с собой не бери – тебе выдадут другую одежду.
Я нехотя поднялась с кровати и, стараясь игнорировать насмешливый взгляд Исы, молча покинула комнату. Одна из девушек вышла вперед и зашагала вдоль по коридору, показывая дорогу, вторая же держалась позади меня на небольшом расстоянии, видимо контролируя, чтобы я не сбежала.
Раньше мысль о побеге казалась мне чем-то нереальным – за пределами Цитадели не выжить, а ближайшее поселение находилось в нескольких днях пути, сейчас же я бы предпочла голодную смерть в лесу, чем сытую жизнь в постели Малика.
Миновав поворот на лестницу, мы оказались возле кабины подъемника, больше похожей на грубо сколоченную клетку. Девушки остановились, пропуская меня внутрь, а затем вошли следом и встали у выхода. Одна из них дернула за тонкий плетеный шнурок, свисающий с потолка, и через пару мгновений шаткая конструкция пришла в движение.
Кабина поднималась очень медленно, то и дело издавая резкие скрипучие звуки. Мне постоянно казалось, что крепление оборвется, и мы полетим вниз. Прошла целая вечность, прежде чем мы наконец добрались до самого последнего этажа. Именно здесь проживал глава Цитадели и все его приближенные.
Меня завели в незнакомую комнату и, не дав толком осмотреться, быстро раздели догола, а затем настойчиво подтолкнули в сторону наполненной ванны. Дождавшись, пока я залезу в воду, девушки собрали мою грязную одежду и вышли за дверь.
***
Я заторможенно повернула голову, убеждаясь, что меня наконец оставили в одиночестве, и, обняв себя руками, беззвучно заплакала. Все, что я сейчас чувствовала – это безысходность и страх. Я боялась того, что вскоре должно было произойти, но не могла этого избежать.
Женщин у Малика всегда было несколько, они не задерживались надолго и постоянно менялись, так что вряд ли он будет часто уделять мне внимание. Но сама мысль, что придется терпеть его прикосновения, вызывала отвращение.
Просидев неподвижно какое-то время, я все же нашла в себе силы помыться. Вода успела остыть, но все равно была гораздо теплее, чем в ручье, где обычно купались все обитатели нижних этажей Цитадели.