Каллиопа взревела. Джеймс сжал мою руку так крепко, что чуть пальцы не оторвал. Если у нас есть хоть шанс уйти отсюда живыми, надо сделать это сейчас. Не хочу, чтобы он пострадал из-за меня, но и уйти без Генри и Майло я не могла.
Сквозь пустоту полуночный голос велел мне: «Уходи».
Слёзы жгли глаза. Генри. Я ничем не могла ему помочь, и он это понимал. Если останусь, Каллиопа меня убьёт. Как во время того пикника в лесу, когда она призналась в предательстве, она сейчас была на эмоциях, слишком непредсказуема, чтобы рассчитывать на её здравый смысл. Она знала тогда, что станет убийцей в глазах Совета, но ей было плевать. Кто знает, не распознает ли она манипуляцию Кроноса.
Я сосредоточила все силы на Генри, послав ему свои мысли: «Я люблю тебя. Не забывай об этом».
Быстро, пока не передумала, я схватила Джеймса за руку и телепортировалась.
Мы оказались на пустом пляже. Солнце только-только скрылось за океаном. Я упала на песок. Джеймс молча подхватил меня, позволяя выплакаться у него на плече.
Я бросила их. Я клялась, что никогда не оставлю Генри, но при первом же случае сделала это. Если бы я поговорила с ним до истечения срока, установленного Кроносом, мы могли бы вместе придумать план. Весь остальной Совет можно было не посвящать. Но я снова поступила необдуманно. В этот раз это стоило мне семьи.
— Я больше никогда его не увижу, да?
Волна захлестнула на берег в нескольких дюймах от наших стоп. У нас есть всего пара минут, прежде чем закроется наш путь на Олимп. Мысль о возвращении без Генри и Майло пожирала меня изнутри, оставляя только кожу да кости. Уолтер и Дилан были правы. Весь Совет был прав. Я ничем не могу им помочь. А чем больше пытаюсь, тем хуже делаю.
— Что с тобой случилось? — спросил Джеймс.
— В смысле?
Он отстранился, чтобы посмотреть мне в глаза.
— Ты не та девушка, с которой я познакомился в Эдеме. Та девушка не лила слёзы, если что-то шло не так.
— Я не… — начала я, но затем ещё одна слезинка скатилась по лицу. — Я потеряла семью. Никто не позволяет мне помочь. А когда я пытаюсь, то только всё порчу.
Он переплёл наши пальцы.
— С каких пор тебе нужно чьё-то разрешение?
Я вытерла щёки и с прищуром посмотрела на закат.
— А что мне делать? Я уже всё перепробовала. Сделка с Кроносом провалилась, а даже если бы и состоялась, то только бы обеспечила безопасность Майло. Она бы не изменила ситуацию в мире. Вот только теперь я смогу увидеть сына, лишь если мы победим в войне.
— Так помоги нам победить.
Я шмыгнула носом.
— Как?
— Думай, — потребовал Джеймс. — Ты знаешь слабые стороны Кроноса лучше любого из нас. И сильные тоже. Ты знаешь его.
— Бред. Первородная шестёрка сражалась с ним десять лет. Я лишь пыталась потягаться с ним в армрестлинге.
— Да, но ты единственная, кто когда-либо сбивал его с курса.
В тот раз в Подземном мире Кронос преследовал нас в пустыне. Я искренне верила, что умру. Было бы так легче?
Нет, не было бы. Потому что первородная шестёрка тогда бы не смогла сбежать из той пещеры в Тартаре. Они по-прежнему оставались бы там, без сознания, медленно умирая, пока Кронос и Каллиопа пытались вырваться на свободу. Всё было бы иначе.
Но даже мой единственный героический поступок был верхом глупости. Кронос освободился, потому что я вошла в ту пещеру, хотя Персефона предупреждала меня этого не делать, и я дала Каллиопе рычаг давления на Генри, чтобы он открыл врата.
— Думай, — повторил Джеймс. — Почему Кронос тебя тогда не убил?
— Потому что ничего обо мне не знал. Потому что я…
— Потому что ты была добра к нему, тогда как мы все пытались удержать его в цепях.
— Потому что я пообещала открыть врата.
— Да. А он остановился, потому что доверился тебе.
— И вот к чему это привело, — горько произнесла я.
— Да. Вот к чему привели нас твоё упрямство и нежелание сдаваться — они дали нам возможность бороться дальше. Пускай иначе, но Каллиопа рано или поздно смогла бы выпустить Кроноса. У неё была чёртова вечность на это, как и у всех нас.
Я притянула колени к груди.
— Что будет, если Кронос уничтожит человечество и вы все утратите своё предназначение?
Джеймс колебался с ответом. В воздухе повис страх. Джеймс притянул меня ближе к себе.
— Не знаю.
— Может, вы не угаснете, — предположила я. — Ну, то есть, в мире ведь всегда будут любовь, путешествия, музыка, сады и… И всё остальное. Может…
— Кейт, — слегка повысил голос Джеймс, перекрикивая шум океана. Я замолчала. — Не думай о худшем из возможных сценариев. Давай лучше найдём способ, чтобы этого никогда не случилось. Сосредоточься на том, что у тебя получается лучше всего: борись за тех, кого любишь.