Кимболл не двигался. Вэнс нетерпеливо стал подниматься дальше.
Добрался до пятой площадки. Ему был виден лишь залитый солнцем выход в лоджию.
Где же Кимболл? Вэнс подошел к проходу и выглянул в обе стороны.
Озадаченный, он отошел от площадки — это предпоследняя. Когда он приезжал сюда в студенческие годы, его удивило, что здесь нет перил. Ему было любопытно, сколько человек из-за этого погибло.
Вэнс, трясясь от страха на открытой площадке, осторожно приближался к лоджии, стараясь держаться как можно ближе к стене.
Он так сильно сконцентрировался на своем страхе высоты, что услышал Кимболла, только когда было слишком поздно. Он развернулся и увидел несущуюся на него громадную фигуру.
— Кимболл! — только и успел сказать он, прежде чем этот человек, который был на четыре дюйма выше и на двадцать фунтов тяжелее, накинулся на него.
Невероятно, радовался Кимболл. Единственное, что оставалось — убить этого засранца Вэнса Эриксона. Боги благоволят ко мне сегодня, прыгнув, подумал Кимболл.
Первым ударом высокий блондин заехал Вэнсу по уху, после чего тот растянулся на узкой платформе. Вэнс посмотрел вниз и вместо каменной площадки увидел травку, растущую далеко внизу, — на ней все еще сверкали капли росы. Он попытался откатиться в безопасное место, когда Кимболл вдруг схватил его за ноги и потащил к краю. Вэнс ухватился за основание одного из столбов лоджии и лягнул противника. Первый удар попал блондину по лицу, второй задел что-то мягкое. Вэнс услышал, как Кимболл резко выдохнул и ослабил хватку. Вэнс откатился и, покачиваясь, встал, глядя на Кимболла, который поглаживал себя по солнечному сплетению, перекосившись и побагровев от ярости.
— Удачный удар, Эриксон, — зло сказал Кимболл, потихоньку приближаясь к Вэнсу. — Но на этом твоя удача кончилась.
Кимболл обладал ослепительной скоростью натренированного бойца и быстротой хищника, привыкшего побеждать. Он подбирался к Вэнсу на четвереньках, босиком, с голыми руками. Внезапно Вэнс пожалел, что не взял с собой пистолет.
Каким-то чудом он увернулся от первого удара Кимболла, отразил второй, но следующий пинок попал в цель.
Вэнс согнулся и перекатился, чтобы хоть как-то защититься от метких ударов опытного убийцы. Но бесполезно. Кимболл выучил науку убивать не хуже, чем Вэнс изучил Леонардо, и борьба была неравной. Тут не было правил, как в регби.
Кимболл орудовал руками и ногами, словно дубинками; от напряжения у него по лицу катился пот, и он улыбался, получая почти сексуальное удовлетворение, избивая своего врага в кровавое месиво. Наконец удары прекратились. Кимболл шагнул назад и стал смотреть, как жертва пытается встать.
Вэнс из-за крови, залившей глаза, ничего не видел, но чувствовал, что бить перестали. Он поднялся на четвереньки, но, попытавшись встать, снова упал. Перед глазами все крутилось слишком быстро. Почему Кимболл остановился? Вэнс ползал вслепую, пока не врезался в столб. Превозмогая боль, он вцепился в него и попытался подняться. Он стоял, обнимая каменную колонну, плотно закрыв глаза, чтобы в них не попадала кровь; дожидался, когда вернутся силы. Вэнс был в хорошей форме, его тело могло вынести любую жестокость и восстановиться. Если Кимболл ушел, размышлял он с закрытыми глазами, возможно, удастся спуститься по лестнице.
Вэнс открыл глаза. Он представил, что можно упасть с предпоследнего этажа, и голова у него закружилась еще больше. Эриксон осторожно поднес руку к глазам и стер кровь, которая мешала видеть. На него с ухмылкой смотрел Кимболл.
— Я боялся, что ты свалишься, — сказал блондин дружелюбно. — Я бы не хотел, чтобы ты лишил меня этого последнего удовольствия. — Он шагнул к Вэнсу, широко улыбаясь. Тот, словно в замедленной съемке, увидел, как к нему приближается нога Кимболла. Держась обеими руками за столб, он попытался увернуться от удара. Вариант был только один: соскочить за край башни. Кимболл не попал, но Вэнс променял одну опасность на другую, худшую. Ноги полетели в пустоту, руки заскользили по столбу.
Что, на этом все? Пот смешивался с кровью и тек по лицу. Будет очень больно? Вэнс гадал, умрет ли он мгновенно, или промучается долго. Он услышал собственный крик, словно голос исходил из чужого горла. Но крик неожиданно прервался. Вэнс ударился о каменную башню. Он держался за столб, а ноги свисали над пропастью, пальцы пронзала острая боль: Кимболл лупил по ним кулаками.
После каждого удара Вэнс вскрикивал от боли. И с каждым ударом хватка становилась все слабее. Наконец мышцы, зажатые между костяшками пальцев и камнем, уже не способны были выносить такие мучения. И Вэнс разжал руки.