— А кто-нибудь сбегал?
— По словам брата Грегори, нет.
— Мне просто… — Вэнс постарался подобрать слова. — Мне просто сложно в это поверить. — Хотя, после картины Тициана в подвале, после кладбища — он мог бы поверить во что угодно. — Но как?.. — спросил Вэнс. — Почему?.. Зачем все это?
— На этот вопрос ответить легче, — сказал Тоси. — Для каждого «гостя», которого принимают…
— А тех, кого не принимают, — убивают?
Тоси кивнул в темноте.
— Да. Для каждого «гостя», которого принимают, — продолжал он, — проводится ознакомительный курс. Нам рассказывают об истории и назначении ордена; и говорят, что у нас есть выбор: выполнять полезную для них работу или умереть. Избранные «гости» редко отказываются.
— Почему?
— Потому что «гостей» выбирают аккуратно; из тех, чья работа и интересы связаны с целями монастыря, и предложение делается так, что отказаться невозможно… просто невозможно.
— Не понимаю, — упрямо сказал Вэнс. — Что такого есть у монастыря, чтобы они могли заставить вас или кого-либо другого работать на них? Особенно вас. Не похоже, что вы стали прислужником после того, как Папа отлучил вас от церкви.
Старик вздохнул:
— Разрешите мне объяснить до конца. Позвольте начать сначала, а потом я расскажу вам, почему буду до конца жизни четыре раза в день выпивать стакан горьковатой жидкости.
И Тоси объяснил, что Избранные Братья Святого Петра отделились от Церкви даже раньше Великого Раскола. Братья считали католическую церковь злом, думали, что она слишком готова пойти на компромисс, принять мирские условности в обмен на увеличение числа прихожан. Они были — и до сих пор остаются — подобны мусульманским фундаменталистам Среднего Востока, считавшим, что смерть — слишком легкое наказание за преступление догмы. Логика, которой руководствовались исламские фундаменталисты, убившие президента Египта Анвара Садата,[44] управляла и умами Избранных Братьев.
Избранные Братья Святого Петра выискивали богатых и мощных союзников, которые, как и они, хотели свергнуть Папу. Много столетий братья строили заговоры — то с одними союзниками, то с другими. Назначали Антипап, замышляли убийства и отравления в коллегии кардиналов; провоцировали бунты против церкви, а в 1427 году даже пошли с французами грабить Ватикан. Среди унесенных ими тогда реликвий и документов были кости самого Святого Петра, которые Братья подменили костями неизвестного, похищенными из римской могилы.
Более того, объяснял Тоси, все Избранные Братья — прямые потомки самого Святого Петра, дети единственного неизвестного и незаконнорожденного ребенка Апостола Петра.
— Это возмутительно, — сказал Вэнс. Он был поражен. — И сильно подрывает веру в обет безбрачия.
— Действительно, — сказал Тоси. — Если бы католики узнали о том, что в могиле Святого Петра лежит неизвестный, это потрясло бы основы католической церкви. Столько всего встало бы под сомнение — из того, что католики считали священным. Возможно, церковь в ее нынешнем виде не пережила бы такого разоблачения.
— Этого хочет брат Грегори?
— Нет. Хотя прямо нам этого во время ознакомительной беседы не сказали, мне кажется, что Братьям надо сделать что-то большее, нежели просто раскрыть тот факт, что кости Святого Петра у них. Видите ли, — сказал Тоси, ложась на кровать, — Братьям несколько раз предоставлялась возможность уничтожить церковь. По сути, им удалось свергнуть нескольких Пап. Но они не могли закрепить свою власть. Союзы, созданные ими, неизменно распадались, так называемые союзники ставили более управляемых Пап, не принадлежащих к Братству. Братьям нужна сила. Они старались усиливать Братство изнутри, уменьшить необходимость полагаться на неверных. Основали собственный университет и научные лаборатории, собрав лучшие существующие умы. Несколько Братьев внезапно появлялись на пороге выдающегося ученого или художника, похищали его и привозили в монастырь. Сначала суеверное общество считало эти таинственные исчезновения проделками демонов. Но потом, побывав несколько раз на волоске от гибели, братья начали фабриковать смерти своих жертв, сжигать их дома, подложив туда чужое тело, или что-нибудь в таком роде. Таковы были первые «гости» монастыря… Постепенно братья стали работать тоньше. Они засылали своих священников в другие ордены, и те свидетельствовали, что люди, похищенные орденом, умерли от болезни.
Мысли Вэнса переметнулись на странную прогулку, состоявшуюся чуть раньше.