За широким столом сидел пожилой человек в добротной полевой кирасе и с каким-то странным упорством разглядывал полупустой стакан.
- Ну вот, что... Равен, - не отрываясь от глиняного кубка, проговорил Бормел. - Мы выполняем, заказ некоего Вилла. - Он резко впился глазами в лицо Равена.
Заметив у того на лице проступившее удивление, хозяин отряда улыбнулся:
- Ага, так ты не в курсе... ну и ладно. Он заплатил нам два раза: первый - за заказ. Второй - за тебя. Это конечно не моё дело, но он почему-то хотел, чтобы и ты плыл с нами. Хочешь знать куда? Я тебе отвечу - в Геург!
В комнате повисло молчание. Равен кое-что слышал о Геурге. Один старый наемник, лет десять тому назад открыл трактир на развилке между графской столицей и дорогой в Ветряные Пустоши. От посетителей тогда отбоя не было! Даже мужики из Головцов и те иногда к нему захаживали, чтобы выпить и поболтать о том, да о сём. Так вот, в один из таких дней залетел в таверну какой-то мужик. Грязный, в одежде рваной. Кричит, зовет хозяина, чуть не рыдает. Ну, держатель таверны и спустился. А как увидел оборванца так, мать честная, поседел весь! А гость незваный вдруг успокоился, пальцем ему погрозил и говорит:
- Ты червь, уже дольше положенного землю топчешь! А мы уже и сгнить успели... ничего, Геург и тебя заберёт!
Сказал, и выскочил в сумерки. Тут зеваки за ним и кинулись, глядь, а того уже и след простыл. Как сквозь землю провалился.
А трактирщик-то после этого случая не долго протянул! Всю неделю места себе найти не мог, пил горько. А в воскресный вечер на меч свой кинулся.
Вот и пошла молва, что они Геургские развалины обнесли по молодости. А те своего добра не отдадут, всем ответить придется. Ну и шумиху тогда подняли! Многим история эта уснуть не давала...
А теперь этот пьяный старик говорит Равену, что корабль идёт прямиком к Геургу. Да ещё не просто так, а по заказу Виллорда! Что за бесовщина твориться?
- Вот, - Бормел вытащил из-под стола туго набитый мешок и кинул его фермеру, - это тебе, от твоего учителя. Все, уйди с глаз долой.
Когда дверь за спиной Равена захлопнулась, парень с силой прижал мешок к груди.
- 'Что задумал этот сумасшедший Виллорд? Зачем мне нужен этот проклятый Геург, с его мертвым народом?' - мысли кружились в голове как рой мух.
Кое-как найдя общую каюту, он уселся на свободную кровать. Почти все гребцы после тяжелого дня спали без задних ног и Равен, мог спокойно разобраться с содержимым мешка. Внутри оказались уже знакомые фермеру травы, эликсиры и мази. Вдобавок какое-то письмо. Помянув недобрым словом забывчивость мастера, парень с любопытством рассматривал закорючки прочитать которых не мог. Выпив погружающий во тьму эликсир, он до утра ушел из этого мира в страну бездонного спокойствия.
Утром после сытного завтрака его вновь посадили за весло. Напиток мастера действовал безотказно - вместо ноющих мышц и прострелов в спине Равен чувствовал острую нужду в физической нагрузке. Каждый мускул, каждая, даже самая маленькая жила просили работы.
Подойдя к своему месту, бывший фермер наткнулся на удивленный взгляд Гора.
- Да, - наемник присвистнул, - ты что, тоже с Бормелом поссорился?
- С чего ты взял?
- Ну, не знаю, - воин задумчиво почесал бритую голову, - обычно, два дня подряд в смены никто не ходит... кроме меня.
- Мне приказали - я пошел! - Равен сел на лавку, - Да и вообще, на каких я тут правах? Раб? Или наемный рабочий?
- Да мне-то, откуда знать, - Гор пожал плечами, - тебя же вчера Бормел вызывал? Вот у него и спросил бы.
- У такого спросишь, - парень посмотрел на поднимающегося к барабану толстяка, - кажется сейчас начнем... Слушай, а чем ты хозяину не угодил?
- Та, - наемник сжал весло, - свинья он порядочная. Во-первых, он не воин. Во-вторых, хозяин отряда из него отвратительный. Где это видано, чтобы солдаты гребцами работали? На рабов что ли денег жалко? Вот я ему и
высказал, один раз... как он разозлился! Орал, слюной брызгал, обещал даже из отряда выгнать. Но куда там... по нашему закону отсюда уходят только вперёд ногами. На бой он меня вызвать побоится, я ему весь жир спущу! Вот и травит сволочь работой тяжелой. Думает, что сам сбегу... только не дождется! Скорее он свои ноги протянет, чем я наш уклад предам.
Раздались первые удары в барабан, и разговор сам собой перекатился. Некоторое время гребцы входили в ритм, а затем дело пошло как по маслу. Удар, крик, всплеск... Удар, крик, всплеск...
Ближе к вечеру после некоторой передышки, один из гребцов сидящих по левую сторону, затянул песню: