- Равен, а ты что по этому поводу думаешь? - Гор протянул парню кружку со свежезаваренным чаем.
- Не знаю, - парень отпил горячего напитка, - думаю, для начала надо поговорить с самим Виллордом. Все-таки он знал, кто такой этот Бирельмот. Может и поможет чем.
Ветер стих к концу четвертого дня. Паруса безвольно обвисли, и корабль оказался целиком во власти морской стихии. Вдобавок перестал идти снег. Так что люди лишились последнего источника пресной воды.
Но им впервые за последний месяц крупно повезло. Видимо их вынесло в Ходовые воды, через которые лежал торговый путь, соединяющий Чермар с остальной частью Джармы.
Так что на третий день дрейфа, на горизонте замаячило крутобокое торговое судно. На большом штандарте корабля были грубо намалеваны бочки и несколько тюков дорогой имперской ткани.
Подплыв достаточно близко, моряки с купеческого судна заметили сигнальные знаки, которые факелом подавал им Рафер. Тут же на воду были спущены две шлюпки и вскоре Равен и его спутники оказались на торговом корабле под названием 'Черные Весы'.
Хозяин корабля, краснощекий мужчина в самом рассвете сил, первым делом приказал дать потерпевшим напиться.
Едва те утолили жажду, он тут же принялся их расспрашивать: кто такие, откуда идут и, что с ними случилось.
По порядку старшинства ответ держал Рафер. Он аккуратно опустив подробности их посещения Геурга, лишь коротко рассказал о том, что они неожиданно сбились с курса, и о том, что в Проклятых водах на них накинулась нежить.
Купцы - народ суеверный, а морские купцы суеверны вдвойне. Покачивая головой, хозяин судна сделал отгоняющий знак и спросил, что они собираться делать дальше.
- Да мы ещё толком не решили, - Рафер пожал плечами, - вы куда идёте?
- Как это куда? В Морок, естественно. Мы везём табак и Ведьмину траву, а на этот товар там спрос всегда велик, - он хитро подмигнул наемникам. - Кстати, меня Жордом зовут...
- Очень приятно, Рафер, - сержант пожал ему руку и спросил, - уважаемый Жорд, жизнь повернулась так, что теперь корабль оказался нам без надобности. Он, верно служил нам долгие годы, и поэтому бросать его в море мы не хотим. Так что у нас есть к вам деловое предложение: триста золотых имперцев, и это прекрасное судно ваше...
Спор затянулся надолго! Купец торговался как проклятый, и в итоге они сошлись на двухстах пятидесяти.
Пересыпав золотые брусочки в мешок, Рафер довольно улыбнулся:
- Приятно иметь дело с честным человеком!
Опершись о борт Равен, с любопытством наблюдал, как матросы грузят бочки с водой и провизией в шлюпки. Жорд отрядил два десятка человек, для того чтобы они следили за приобретенным судном. Он пообещал им вернуться в течение трёх недель, и увести корабль в доки.
Наемникам отвели небольшую каюту с десятком коек. После всего пережитого люди спали мертвецким сном. Лишь Равен не смыкая век, перечитывал письмо Виллорда. Он должен был ждать их в Мороке... Откуда этот старый прохвост знал, что Равен, вообще вернется? Слишком темная история получается. Слишком много в ней недосказанности и удивительных совпадений. Да ещё и эти слова чернокнижника о мастере...
Шли дни. Жорд принял их очень хорошо. Наверно сказывалось то, что спутники Равена были бывалыми воинами. В Ходовых водах пираты появлялись довольно-таки часто, и три крепких меча были не лишними.
Равен всё-таки упросил Рафера дать ему пару уроков фехтования. В отличие от Гора, у которого мастерство было врожденным, Рафер постигал искусство боя в длительных тренировках и настоящих боях. Поэтому и биться он учил не в пример лучше. По словам сержанта Равен был 'деревом' редким! Ну не была его рука создана для рукояти меча. С луком дела обстояли немногим лучше.
К пристани Морока 'Черные Весы' прибыли к концу следующей недели. Распрощавшись с Жордом, Равен и его спутники сошли на берег. От морского воздуха перемешанного с вонью городишки, у парня кружилась голова, а ноги, привыкшие к постоянной качке, постоянно заплетались.
'Спрут' оказался вполне приличным - для Морока - трактиром. Новенькое деревянное здание с двумя жилыми поверхами казалось, жило своей отдельной от этого мерзкого места, жизнью.
Возле дверей трактира стоял здоровенный детина с окованной тремя железными кольцами булавой. Левый глаз охранника украшал багрово-синий фингал. Окинув подошедших наёмников придирчивым взглядом, здоровяк спросил у Лизарда:
- Куда претесь? Внутрь всякому отребью вход воспрещен!