Выходит, он действительно отправил меня в сумерках не пойми куда, только чтобы иметь возможность скоротать время. Поиграть в глупую детскую игру, которая заключалась в том, чтобы бросить заговоренный камешек! Правила весьма просты. Он превращался в лезвие клинка и, соприкоснувшись с твердой поверхностью, выводил на ней горящие отметки – что-то вроде замеров, после чего терял силу. Суть игры состояла в банальном счете: чем выше метка – тем больше очков, чем ниже – тем меньше. Однако если удавалось попасть прямиком в отметку противника – ты автоматически выигрывал.
— Попробуешь? — неожиданно предложил он, обернувшись.
Я фыркнула, громко и весьма выразительно, говоря о том, что думаю на этот счет. Но фейри играл исключительно по своим правилам, а потому нагло выдал:
— Боишься?
Легкий прищур в его сторону, и шаг вперёд.
— Кому здесь ещё следует бояться.
Он заинтересованно склонил голову набок.
— Даже так? Тогда как на счет попадания в последнюю метку?
Делая вид, что не заинтересована, метнула незначительный взгляд в сторону дерева, выбранного мишенью. Глаза против воли округлились. Темно-синяя горящая метка оказалась на высоте нескольких метров.
И когда он только успел?!
Заметив мою растерянность, фейри усмехнулся. Вот только…
Вы зря это сделали, мой принц.
— Что будет, если я вдруг попаду?
Его правая бровь приподнялась на пару дюймов. Мой вопрос не то чтобы удивил его, скорее позабавил. Ещё бы! Нейра осмелилась предположить, что сможет обыграть его!
— Это маловероятно, — в конце концов задумчиво произнес он.
Я хмыкнула, как бы говоря: «Ну и кто здесь трус?».
Последовало молчание. А затем…тяжелый вздох.
— И чего же ты хочешь, цветочек?
Мои глаза опасно сверкнули. Я подняла уверенный взгляд на принца и, столкнувшись с невозмутимой синевой, сказала, не без улыбки:
— Желание.
— Хм. Ты неплохо соображаешь, когда дело доходит до личной выгоды. Но в таком случае: какой мне будет с этого прок?
Настала моя очередь удивляться. Он что…издевается?
Фейри тем временем добавил:
— Игра должна быть честной, не так ли? В таком случае, обе стороны должны поставить что-то на кон.
— К чему ты клонишь?
Его умение создавать глубокомысленные ребусы и шарады все больше выводило меня на новый уровень «ненависти» и «принятия».
— Если ты выиграешь: я подарю тебе желание. Но если проиграешь, то будешь должна мне согласие.
Переступив с ноги на ногу, я неуверенно закусила губу, но затем все же уточнила:
— Что это значит?
— То, что ты неукоснительно выполнишь одну мою просьбу, когда бы она не потребовалась.
— В пределах разумного, не так ли?
— Подумай хорошенько, цветочек. Мое желание бесценно. А ты просишь ограничения? Не выйдет. — Он едва ощутимо качнул головой и, вперившись в меня взглядом сказал: — Или все. Или ничего. Тебе решать.
Я почувствовала напряжение во всем теле. Будто натянутая тетива, готовая выскочить из рук.
Он играет со мной. Забавляется, как кот с мышью. Но…если так подумать: я начала первой. Глупо отступать, когда выпал такой шанс.
Фейри был далеко не глуп. Он поддержал эту маленькую игру. Но сделал свою ставку, решив разбивать скуку. Впрочем, как всегда.
— Ладно, — после затянувшегося молчания, все же произнесла я. — Давай сыграем. Но учти, — Я сделала шаг вперёд, заглянула в его чарующие глаза, — чтобы тебе там не взбрело в голову, никакого физического контакта между нами. Даже не думай.
В сумерках его глаза казались по-особенному выразительными. Казалось, иногда в них можно увидеть вспыхивающие искры, будто неожиданно появившиеся ледяные узоры на окнах. Черты лица заострились, явив мужественную челюсть и острые скулы. «От» и «до» он напоминал хищника, которого лучше всего избегать любыми способами. Потому что, ворвавшись в твою жизнь, он лишит её всего.
Эта секунда между нами показалась мне вечностью. А затем…напряженную атмосферу неожиданно разрезал его смех, сбавив обороты. Кажется, это было впервые, когда я услышала его голос без привычной холодности и упругой стали. Его смех был тихим, ненавязчивым, с легкими хриплыми нотками. Но по-своему мелодичным и по-странному притягательным. На мгновение я даже сумела забыть о том, что только что осмелилась озвучить вслух. Сейчас он вдруг показался мне другим. Будто иная сторона его души смогла выглянуть на свет.