Что, черт возьми, происходит?..
Его взгляд неотрывно скользил по воде. И хотя выражение лица оставалось безучастным, тело, казалось, кричало об обратном. Однако поинтересоваться о том, что с ним, мне не удалось. Раздался оглушительный всплеск, сопровождаемый снопом искр. Пора.
Шагнув в воду по пояс, мы одновременно нырнули. Правда за долю секунды я успела отметить, как он сглотнул и, мотнув головой, так, будто отгонял ужасающие видения наяву, погрузился на глубину. Вода обступила нас со всех сторон. И казалась настолько темной, что пришлось создать небольшого светлячка. В противном случае мы имели все шансы затеряться среди густых извивающихся водорослей, сплетающихся между собой в подобие паутины. Вода была настолько тяжелой, что движения были скованными и слегка заторможенными. Не говоря уже о лиандрах, подводных сорняковые корнях, то и дело опутывающих лодыжки. Мы медлили и с каждой секундой теряли все больше времени.
В какой-то момент я попыталась договориться с водой, стараясь оттеснить её в сторону. Но она не поддавалась, сохраняя безликую стену. Пришлось поднажать, чтобы не стать её пленниками. И все это время я не переставала оглядываться на фейри. Поначалу мы плыли вместе. Но затем он все больше начал отдаляться. Будто неведомая сила утягивала его обратно или...это было нечто иное. В любом случае, в моей груди нарастала тревога. В особенности когда я заметила, как его волосы начали менять оттенок. Иссиня-черные пряди превратились в осколки льда с легким отливом серебра. Теперь они были как живой маяк посреди бесконечных теней. Но казалось он не замечал этого, продолжая упорно грести руками.
Я отвлеклась всего лишь на мгновение. Но когда обернулась снова, его уже не было рядом. Сердце замерло, как только я увидела, что он медленно шел ко дну, потеряв сознание.
Мысленно чертыхнувшись, я дернулась изо всех сил, чтобы развернуться и отправиться вслед за ним. Необходимо схватить его до того, как он коснется дна. Иначе...оно поглотит нас.
Вода источала недовольство. Она будто чувствовала, что мы чужие – инородные тела, которым здесь не место. Поэтому пока ветряные ямы и Сумрак умело перетягивали на себя все внимание, я отчаянно гребла руками, создавая ладонями подобие вихрей, позволяющих плыть немного быстрее.
«Приди в себя!» — хотелось прокричать мне, разгоняя тьму, обступающую нас. Лишь его волосы, окончательно поменявшие цвет, позволяли мне не терять его из виду.
«Держись, я здесь...я рядом» — пронеслось отчаянное в мыслях, когда я почти достигла дна, стараясь дотянуться до его побелевших пальцев. Казалось, будто на их кончиках проступила изморозь, словно тонкое кружево, скользнувшее на кожу.
Мое дыхание участилось. Грудную клетку нестерпимо сдавливало невидимыми тисками. Каждый толчок сопровождался неимоверными усилиями. Водяной плющ под нами вдруг оживился. Мелкие щупальца пришли в движение, а затем заинтересованно потянулись к фейри.
«Ну уж нет!» — сердито подумала я, делая резкий толчок вперед и одновременно взмах, чтобы в следующее мгновение крепко ухватить его за руку. Кожу обожгло таким холодом, что, растерявшись, я едва не отпустила его. Однако стиснув зубы, лишь сильнее сжала пальцы, плотнее хватаясь за его запястье и игнорируя настойчивое покалывание.
У нас почти не осталось времени. Дно маячило всего лишь в нескольких сантиметрах от нас. Тянуть за собой фейри и не отпускать его было той еще задачкой. Но я продолжала упорно плыть вперёд и молиться Матери, чтобы она смилостивилась и позволила своим Детям выжить. Пару раз даже призывала к Ин-Су – покровителю одной из стихий, что усмирял души безмятежным штилем и неукротимым штормом...
В какой-то момент мне действительно показалось, что это конец. Нам конец. Вечное рабство в услужении здешних вод. Одна из мавок, оскалив остроконечные зубы, неслась в нашу сторону с переливающимся зубчатым посохом. Но затем...Вода пошла волнами, вспенилась, надулась подобно огромному водяному шару и...одним немыслимым толчком, подобно киту, выпускающему фонтан брызг, вытолкнула нас на поверхность. Я даже не успела вскрикнуть или что-либо осознать. Лишь покрепче вцепилась в фейри, будто он был моей добычей. А затем мы очутились на земле – это был противоположный берег.