Оторопев, я дернулась в сторону, желая избежать ей подобных. Но промахнулась и, запнувшись о выпирающую корягу, завалилась в кусты, шлепнувшись на пятую точку.
Вот так…везение.
В волосах ворох из листьев и ломаных веток. На одежде прилипший мох. Руки частично в грязи, поскольку я умудрилась задеть болотные грибы. И весь мой вид сейчас наверняка походил на лесного монстра!
Едва выругавшись, я начала отряхиваться. И если с волосами мне ещё более-менее удалось справиться. То руки пришлось вытирать о ткань собственных штанов, которым помогла бы уже разве что чистка или волшебство.
— Я же сказал: «ветка», —раздался голос наследничка прямо сверху.
— Да. Это же так информативно. Зачем люди вообще придумали слово «осторожно!», — не скрывая раздражения и злости, тут же произнесла я, стараясь понять не вывихнула ли лодыжку.
Он пожал плечами, как бы намекая: «Меня это не касается».
— Мог бы хотя бы предложить помощь. Или у фейри подобный жест не принят? — угрюмо взглянув на него снизу вверх, ведь он все ещё возвышался надо мной, как скала, сердито произнесла я.
— Извини, ты определенно не тянешь на даму благородных кровей. А к меньшему я не привык.
Отлично. Тонкий, совсем незавуалированный намек на то, что грязнокровки, да ещё и низшего происхождения, даже не достойны помощи!
Фыркнула, мысленно наградив его самыми гнусными, ужасными и противными ругательствами. После чего самостоятельно поднялась на ноги, стараясь лишний раз не терять достоинства. Хотя, будем откровенны, его значительно поубавилось. После чего сказала:
— Глядя на твое воспитание, я сильно в этом сомневаюсь.
— И это мне говорит та, кто обращается к правящему роду без должного уважения и как таковой субординации. Впрочем, я прощаю тебе такую дерзость лишь потому, что сейчас мы находимся не при Дворе и теперь наши жизни связаны. Что само по себе уже звучит как порча или проклятие.
Одарив его взглядом: «Чтоб ты провалился!», я развернулась и гордой походкой последовала вперёд, полагая, что где-то неподалеку непременно должен быть ручей.
— Я собираюсь терпеть твои выходки, — холодно бросил он мне в след, очевидно трактовав мой уход по-своему.
Но я не стала объясняться, продолжив целенаправленно идти к своей цели. Вот только мою гордость снова растоптали в дребезги, когда знакомые корни обвились вокруг лодыжек, заставив покорно замереть на месте. И как только это случилось, они исчезли. Я же обернулась, напоровшись на пронзительную синеву.
— Не смей поворачиваться ко мне спиной, когда я с тобой разговариваю.
— В таком случае тебе следует задуматься: желая что-либо получить, ты должен что-либо отдать взамен. Научись не только просить уважения к себе, но и проявлять его к другим. Не говоря о том, что его ещё следует заслужить.
— Я наследный принц.
И кажется этим он в очередной раз обозначил границы, стоящие между нами. Но я не собиралась так просто сдаваться. А потому с не меньшим упрямством сказала:
— Это определяет лишь место в ветви иерархии, но не то, кем ты являешься на самом деле.
Взмахнув рукой, я избавилась от назойливых растений, которые пытались опутать мои лодыжки снова. Наградила его прямым укоризненным взглядом, затем развернулась и снова продолжила свой путь. Правда все же решила обмолвиться:
— Я направляюсь в сторону водоема. До Сонной Лощины ещё два дня пути. И это при хорошем раскладе. Нам нужен отдых и привал.
***
Я оказалась права: не так далеко располагалась небольшая поляна, чуть поодаль от которой пролегал ручей. Этого оказалось вполне достаточно, чтобы я смогла привести себя в порядок и умыться.
— Нам стоит двигаться дальше, — раздался позади меня знакомый голос.
В последний раз зачерпнув немного воды, я умыла лицо и, вытерев его рукавом туники, обернулась, сказав:
— Уже смеркается. А идти всю ночь небезопасно. Да и будет лучше, если мы хотя бы немного отдохнем. Что толку измождать себя?