Друг закатил глаза, после чего насмешливо пожал плечами и, отставив кружку в сторону, похлопал рядом с собой по деревянному стулу.
— Давай-ка, лучше расскажи мне, как там поживает наша звездочка.
Тяжёлый вздох сорвался с моих губ прежде, чем я села рядом и сказала:
— Плохо. Ей становится хуже. И я не знаю, что мне со всем этим делать.
— А лекари? Неужели они совсем ничего не могут поделать? Должно же быть хоть что-то…
— В наших краях нет необходимых ингредиентов для создания специального эликсира. А без него она рано или поздно…умрет?
То ли спросила, то ли окончательно подтвердила собственные опасения. Но мой растерянный взгляд все-таки обратился в сторону друга, словно он мог дать ответы на все вопросы, которые терзают меня столько времени. Однако он лишь притянул меня к себе и крепко обнял. От него пахло сушеной клюквой, корой и толикой остролиста.
— Эй, все будет хорошо. Ты не должна отчаиваться, Мин.
— Но как?! — Чувство злости и безысходности настолько охватило меня, что я резко подняла голову, едва оттолкнув его. — Если бы я только знала, где можно достать эти ингредиенты, то сделала бы для этого все необходимое. Все, что угодно! Только бы она, наконец, смогла жить без призрачной тени смерти, цепляющейся за её душу…
Мне пришлось напрячь каждую клеточку в своем теле, чтобы отвлечься и не дать волю чувствам. Я просто ненавидела быть слабой, хотя из нас двоих и была самой вспыльчивой и эмоциональной. Но позволить себе подобное в нынешней ситуации – просто роскошь. Пусть даже мое сердце и разрывалось на части.
В комнате повисло молчание. И, наверное, оно могло бы отягощать, если бы все мои мысли не были о том, как спасти сестру и сохранить источник её жизненных сил.
— Мы что-нибудь придумаем, слышишь?..
Саркастичный смешок сорвался с губ, когда я взглянула на него и произнесла:
— И что же?
Все наши предыдущие идеи уже провалились с треском! Чего мы только не делали. Где только не искали. У кого только не расспрашивали. Но все без толку!
— Ну-у… — задумчиво протянул он, вертя старенькую глиняную кружку в пальцах. И я прекрасно знала, что он начинал вертеть любой предмет в руках, лишь когда чувствовал давление и нервничал, желая выкрутиться из сложившейся ситуации.
С тех пор как мы выросли, он почти не изменился. Чего не скажешь обо мне.
— Мы можем наведаться к Шеймис, поискать что-то об этих растениях среди её книг. Может быть, там говорится более конкретно о том, где именно их следует искать и как лучше всего применять.
— К той самой Шеймис, которую все обходят стороной? — на всякий случай уточнила я.
— Да брось, — Он насмешливо дернул бровью. — Неужели ты испугалась её милых зверушек.
Хм. Милых? Это однозначно не то слово, которое я могла бы подобрать для них. Ведь эта чокнутая старуха держала в своём доме двух аметистовых сцил, которые, к слову, совсем не относились к классу травоядных! Немудрено, что все старались обходить её дом противоположной стороной.
— Давай же! Или ты все же…струсила?
— Я? И струсила? Ты, должно быть, перепутал меня с собственной персоной!
Он заливисто усмехнулся.
— Так и думал: Армин, которую я знаю, никогда не сдаётся.
Его слова задели те струны моей души, которые все чаще становились лишь невзрачной тенью меня самой. Я все больше утопала в растерянности, теряя прежнюю силу и уверенность. Но мой лучший друг был прав. Что бы не случилось – я не опускаю руки. А значит и сейчас так просто не сдамся Богине Судеб!
— Ты прав. Нам надо к Шеймис! Только вот…как быть с Нимм?
— Позовём бабушку Согву. Она присмотрит за ней, пока нас нет.
С минуту раздумывая над его словами, я все-таки уверенно кивнула.
— Тогда соберу кое-какие вещи в дорогу, и мы может отправляться.
Он вольно помахал у меня перед носом ягодным печеньем, спешно взятым из плетённой корзиночки, и ответил:
— Не торопись! Мне есть чем заняться.
Улыбнувшись уголками губ и почувствовав толику облегчения, я отправилась в свою комнату, преисполненная найти ответы.
Возможно, наведаться к Шеймис – и впрямь неплохая идея. У неё всегда была самая обширная коллекция книг, среди которых имелись как старые ветхие талмуды, так и те, что отличались особой силой. Среди них определенно должно быть что-то стоящее. А иначе…быть беде.