Даже то, что я, возможно, лишилась своих платьев, книг, туалетных принадлежностей и косметики, совсем меня не заботит, ни дюйма не занимая в голове. Почти все, что затолкала мама в три чемодана – выбирала не я. Конечно, я буду скучать по своему любимому конному костюму, но я, надеюсь, что скоро его заменит черная форма ойре [Oighre (гэл.) – наследник] Таомаира.
После услышанного от Артура, я еще больше убедилась в том, что правильно поступаю.
Какая жизнь ждет меня в его «скромном» особняке (который и не особняк вовсе, а настоящий замок!)? Чахнуть от тоски, хиреть и рожать детей от человека, который будет относиться ко мне словно я охотничий трофей, а к детям – как к дрессированным собачкам, в чьем создании я участвовала, но как бы… косвенно? «Только поглядите, мой малыш Арти уже считает до 100 и знает алфавит! Весь в меня!»
Б-р-р...
Я помню, как на людях хвастался своим сыном Хоран-старший, при этом не заботясь, чем занят его отпрыск между приемами гостей. Сколько мама не притаскивала меня в их летнюю усадьбу «на чай» с Генрихом Бедивиром Хораном я почти не сталкивалась. Не думаю, что Артур будет лучше. Даже не хочу думать...
Тем более провести жизнь с тем, кто абсолютно не понимает меня.
– Эй, леди, – скрипят натянутые поводья, и передо мной останавливается повозка, нагруженная корзинами, накрытыми грубой тканью. Знакомый запах… Это же те самые знаменитые барханские яблоки – медово-сладкие, хрустящие, с мягким вкусом. Рот моментально наполняется слюной, а желудок сводит. Неудивительно, я не ела больше 10 часов.
– Добрый день, магистир, – приветствую старика в старой соломенной шляпе, чуть присев.
– Ха! Впервые к старику Уолли обращаются так по-королевски. Вы, мисс, наверное, из столицы? Садитесь, я подвезу до Уама.
– Вы очень добры.
Он, кряхтя, пытается слезть, вздумав подать мне руку. Но надо пожалеть старика и сэкономить время. Сначала закидываю в повозку саквояж, а потом с предельной ловкостью, на которою способен мой наряд, забираюсь следом.
С козел доносится свист.
– А Вы не простая штучка, мисс.
Старик Уолли оборачивается, шарит рукой в одной из корзин, а потом кидает мне одно из яблок.
Искренне улыбаюсь в знак благодарности во всю ширь рта. Первый раз за день.
Кучер подстегивает лошадь, и она бодро трогается с места.
Я позволяю себе наконец расслабиться.
К чему катится этот мир, если я чувствую себя комфортнее в компании незнакомца, чем рядом с собственным подложным женихом?
– И что привело в нашу дыру столичную девушку? Хотите попасть в Академию или сбежали от нежелательной партии?
– Все понемногу, – уклончиво отвечаю, с хрустом откусив почти половину яблока.
Старику и в голову не придет, что я еду поступать, а не на рандеву с каким-нибудь будущим рейуром. Но не стоит болтать об этом направо и налево.
↫14↬
Новый знакомый любезно подвез меня до маленького аккуратного особняка, почти на окраине городка.
Застываю на крыльце, прижимая к груди подаренную корзинку яблок.
Взгляд цепляет колотушку на двери – гвоздь выпускает железные лозы, обвивая отшлифованный в форме капли темный камень – искрящийся, будто наполненный фиолетовыми блестками. Авантюрин – один из немногих названий камней, знакомых мне. Ювелирной ценности почти никакой. Зато относится к тем самоцветам, что защищают от зла, колдовства и корыстных намерений. На нем строится часть защитных заклинаний, когда дело касается статичных предметов, из тех, что не переносятся с места на место и условно не двигаются в пространстве – дом, например.
Оглядываюсь по сторонам – по белоснежным стройным колонам вверх вьется нежно-сиреневый клематис. Белая отделка дома – ничего вычурного, кричащего и лишнего. Прилегающий сад в творческом беспорядке, скамья-качели, подвешенная на крючках к карнизу над просторным крыльцом. Ленивая безмятежность и цветочный запах... Я и забыла, как здесь хорошо.