– Этого не было в путеводителе, – морщит лоб Уорт: когда он складывает руки на груди, черная форма начинает опасно трещать по швам. Невольно сглатываю: какое бы испытание не придумал для нас совет преподавателей во главе с Анрэем, я очень надеюсь, что это не рукопашный спарринг или вроде того. У меня нет ни единого шанса против этого бугая.
– Точно, – произносит Артур у меня за спиной, растягивает гласные. – Большинство поступающих сюда не знают об этом. А выпускники и провалившие отбор дают особую клятву, запрещающую болтать об этом месте. Откуда ты узнал о подлунном измерении?
Кажется, все собравшиеся, жужжавшие точно нестройный рой пчел, резко замолкают, уставившись на нас: вопрос Артура будто тонким колокольчиком прозвенел в воздухе, заставив сердце вздрогнуть. И адресован он был мне. Приходится обернуться. Как назло, лунный свет бьет в лицо, так что Хоран может прекрасно разглядеть каждую веснушку на моем лице.
– А... Э... – все смешивается в голове. И легенда, сочиненная еще пару дней назад и тщательно причесанная, забивается в самый дальний угол моего сознания.
Глупо предполагать, что пока я буду лихорадочно думать, мозговая активность под черепушкой Хорана приостановится.
– Хм... Мне кажется, я тебя где-то раньше ви...
Уверена, щелчок в моей голове слышат все.
– Я подслушал разговор маменьки с ее ухажером! – Прости! Прости! Прости! Дядя Рей! – Он в совете академии состоит! Оттуда и узнал!
– И кто же он? – Хоран начинает кружить вокруг меня, словно стервятник, рассматривая с головы до пят: мое тело под его взглядом превращается в один напряженный клубок нервов и мышц. Все мягкие ткани в нем тотчас деревенеют.
– Я почем знаю? Я его особо не разглядывал, – хохотнув ни к месту, чешу затылок (и благодарю небо за то, что отказалась от парика, а просто безбожно все отстригла). – Просто слышал, как он говорил об испытаниях в Ар-Ле.
– Повезло тебе, – взгляд Бедивира Хорана становится мягче. Он перестает маячить перед моими глазами. Встает напротив и протягивает руку, предварительно сняв перчатку. Даже одаривает меня улыбкой, продемонстрировав ямочки на щеках. – Я – Артур.
Недоуменно моргаю. Глаза не верят в то, что видят. Если бы я не знала, где нахожусь, решила бы, что солнышко напекло мою рыжую головушку.
Хоран, эта высокомерная задница облезлого амфиптера, ведет себя по-настоящему... дружелюбно? Даже перчатки снял. Обычно, приближенные к императорской семье, кровно или посредством связей, делали подобное крайне редко. Только здороваясь с ближайшими друзьями или родственниками.
Снова недоуменно смотрю сначала на Артура, потом на протянутую им руку.
Не пожму (особенно после такого широкого жеста) – есть опасность нажить себе врага. А я собираюсь в ближайшие дни обходить Хорана стороной. И желательно по максимальному радиусу. По крайней мере, до тех пор, пока он не убедиться, что во мне нет ничего подозрительного.
Выдавливаю улыбку – беззаботной ее не назовешь, но хотя бы не похожа на оскал умирающего от колотой раны в живот (пока тетя шила мне форму, я тренировалась перед зеркалом, как отреагирую, если встречу моего дорогого женишка. Правда, я не думала, что произойдет это в первые же полчаса). Сжимаю его руку со всей силы и энергично трясу. А Хоран... поморщится и быстренько выдергивает руку.
– А я – Сантьяго, – имя лучше пока не уточнять.
– Ладно, Сантьяго, – Бедивир кивает. Видимо решив, не уточнять. Другое его занимает – это видно по немного рассеянному, задумчивому лицу. И кошмар в том, что он не перестает цепляться за меня взглядом, пока свои думы думает. – Скажи мне, а ты, по счастью, не услышал, что конкретно нас здесь ждет?
На душе легчает, стоит услышать вопрос. Закономерный и логичный – конечно, в том случае, если бы я не ждала подвоха каждую секунду.