— Ты понимаешь, что будет, если с Далией произойдет непоправимое? — Принц не верил словам Авалон. Она что-то знала, но изображала саму невинность. В серых, бездонных глазах было столько непонимания, что не чувствуй кожей и сердцем опасность угрожающей его жене, несомненно поверил бы. Все что говорила Авалон являлось ложью.
— Скажи мне, — Аодх подцепил пальцами подбородок девушки, заставляя, смотреть в глаза.
— Чем так хороша эта полукровка? Она неблагородных кровей, с ней ты не будешь счастлив как со мной. — Негодование и злость засияли в больших глазах Авалон.
Разглядев твердую решимость во взгляде девушки, Аодх понял, что не добьется прямыми угрозами ответа. Нужен иной подход.
— Ты права, Авалон. Меня радует твоя проницательность. Мой брак фальшивка. Через год я разведусь с Далией. — Принц приложил огромные усилия, чтобы скрыть истинные чувства в глубине глаз. В голосе проскользнула фальшивая радость, а во взгляде отразилось обожание, предназначенное принцессе.
— Но почему ты женился на ней? — нахмурилась девушка, во взгляде мелькнуло ликование и сомнение.
— На то были серьезные причины. — Принц с ледяной нежностью провел по щеке Авалон пальцами прогоняя все подозрения. Притянул Авалон за талию ближе, хотя хотелось отстраниться. — Надо признать, Далия меня очень раздражает, но контракт подписан на год. Если несчастный случай… не разлучит нас.
И взгляд Авалон прояснился, улыбка стала шире, на щеках заиграл румянец. Приложив ладони к груди Аодха, опустив ресницы, принцесса тихо выдохнула.
— Я не понимаю твоих мотивов, но надеюсь ты мне расскажешь о них, — принцесса прильнула к груди принца. — Когда ты освободишься от нее, мы поженимся, укрепим оба королевства. Наш союз будет надежным и счастливым. А дети самыми сильными в магии.
Не выказывая истинных эмоций и боли расползшейся по всему телу, Аодх с ободряющей ухмылкой поинтересовался:
— Освободишься? Ты что-то придумала?
— Ничего такого, — Авалон опустила взгляд, а губы искривились в коварной улыбке. Сжав челюсть, Аодх мягко подтолкнул девушку к дальнейшему откровению. — Лишь устроила встречу со слуа.
— Слуа? — одно название нечисти стремительно принялось разрушать «влюбленный образ» Аодха в принцессу. Спокойствие мигом слетело оставляя оголенные нервы. — Где ты его отыскала?
— Так Дей держит в качестве наблюдения, — беспечно фыркнула Авалон, внутренне огорчаясь, что Аодх отстранил ее от себя.
— Где? — с нажимом потребовал ответа принц.
— Не переживай, ее наверняка слуа уже по косточкам разбирает.
Аодх хотел встряхнуть Авалон, наорать на нее, но лишь крепче сжал хрупкие плечи не заботясь делает ли больно принцессе. Слуа славились не тем, что если мясо живых, а тем, что подчиняли своей воле, превращали живых существ в своих вечных рабов. Они постепенно выпивали душу из такого раба растягивая удовольствие на долгие годы.
Эти мертвецы были умны и сильны, имели свое мертвое королевство в Выжженных землях. Там ничего не росло и не водилось ни единой живности.
Как Дей смог получить слуа в свою клетку? И для чего?
Запертый слуа намного опасней, он выпьет душу Далии за единый миг.
— Что с тобой? — обеспокоилась принцесса, наконец разглядев эмоции принца.
Пронзив Авалон взглядом, Аодх дернул платье на женском плече. Приложил ладонь, и зашептал слова заклинания. Девушка вскрикнула и попыталась вырваться из крепких рук принца Алого Двора, но потерпела неудачу.
— Пусти! Аодх, ты делаешь мне больно!
Не обращая внимание на трепыхание принцессы, Аодх с удовлетворением заметил, как под кожей расползлись темные вены сумеречного огня. Да, Аодх раскрыл свой потенциал связанный с меткой суженой. И среди новообретенной силы, мертвый огонь стал ему подвластен.
— Что это? — севшим голосом прошептала Авалон.
— Твое наказание. Если будешь совершать плохие поступки, мой огонь будет тебя убивать; медленно и болезненно. В течение пяти лет он будет с тобой. Если ты исправишься и даже в мыслях не будешь желать кому-то смерти, он покинет твое тело.
— Что? — неверяще прошептала вмиг побледневшая Авалон. Все яркие краски покинули сидку превращая ее в серый листок на ветру. — Ты не можешь так поступить со мной! Я ведь люблю тебя!
— Могу и уже поступил. Можешь жаловаться Дею, но думаю, он поддержит меня. Ведь суженых нельзя трогать, — выдохнул-прошипел Аодх склонившись близко к лицу Авалон.