Тонкая полоска губ и долгое молчание сообщили мне, что ему не нравится то, что я сделала.
— Раньше она работала в Скарборо, — продолжила я. — Когда бабушка и тетя Аврил были подростками. Ты знал это?
— Я знал, что она работала в доме. — Одним пальцем он щелкнул по ключу, джип замигал, а затем резко развернулся. — И мне лучше знать, доверять ей или нет.
— Она сказала мне, что Библия, часы и картины были перенесены туда, где они были много лет назад, когда Аврил еще была жива.
Он искоса посмотрел на меня. Я видела лишь половину его лица и не смогла понять, был ли он удивлен этой новостью.
— У миссис Райли есть способности вытягивать информацию из людей, — сказал он, — а затем подавать её обратно в другой форме, чтобы они подумали, что она говорит им что-то новое.
— Но она догадалась, где были найдены часы. И хотя я сказала ей, что пейзаж переместился в музыкальную комнату, она знала, что картина висела над китайским сундуком.
— Меган, подумай о размере картины. Где еще ты могла бы повесить её в музыкальной комнате? Что касается часов, многие люди держат их в вестибюлях. У каждого старого дома в Мэриленде есть дедовские часы в зале или на лестничной площадке.
— Слишком много совпадений, — настаивала я.
— Миссис Райли зарабатывает на этих совпадениях. Надеюсь, ты не заплатила ей много.
— Она не взимала плату, — ответил я немного самодовольно.
— Она рассчитывает, что ты вернешься. Затем она будет брать с тебя вдвойне, — сказал он, выглядя так же самодовольно.
Мы проезжали через мост «Уист». Я повернулась, чтобы посмотреть на него, вспомнив, что Софи видела там призрака.
Разве призраки не преследовали поля битв и другие места, где они погибли? Если бы Аврил умерла где-то по дороге от мельницы и больницы, разве она могла появиться, когда Томас ехал по мосту?
— Где мельница? — спросила я.
— У ручья. Около трех миль за подъездной дорожкой бабушки есть дорога влево. Она ведет к мельнице.
— У нас есть время, — сказала я. — Поехали туда.
— Нет, — быстро ответил он.
— Почему нет?
— Там ничего не видно, — сказал он. — Она была заброшена годами и сейчас полна мышей и крыс.
— Ладно, позже я схожу туда без тебя.
Он покачал головой:
— Упрямая.
— Да, — согласилась я. — Удивительно, не так ли? Мы не связаны кровью, но мы разделяем эту семейную черту.
— Послушай меня, Меган, ты не сможешь войти в мельницу. Её большая часть сделана из дерева, и она вся прогнила. Строение небезопасно.
Когда он произнес это, то проехал мимо подъездной дорожки бабушки. Я старалась не улыбаться.
— Не ухмыляйся, — сказал он мне.
— Еще одна семейная черта.
— Я провожу тебя туда, чтобы ты не ходила одна, — сказал он. — Поняла?
— Да. Спасибо, старший брат.
Взаимная ухмылка.
Дорога до мельницы была ухабистой, состояла из слоя галек и ракушек. Колеса оставляли длинные полосы и глубокие колеи.
Кусты и небольшие деревья росли рядом с дорогой и царапали джип с обеих сторон. Мэтт пробормотал несколько безобидных ругательств. Затем мы внезапно оказались на поляне, словно в море из высокой травы, колышущейся вокруг нас. Ветхая древесина мельницы возвышалась над поляной. Два этажа скрывались под чердаком накрененной крыши.
— Точно такой же пейзаж был на картине, — сказала я.
Мэтт кивнул.
Пристройка, похожая на мансардное окно, виднелась в середине крутой крыши, но она было больше, словно образовывала дверь.
Дверь крыши открылась, оставив темную полость в светло-сером здании. На первом и втором этажах были двери, которые выстроились под входом в крышу, но они были закрыты, как и боковая дверь. Все окна были закрыты ставнями.
— Где водяное колесо8? — спросила я.
— Где-то здесь.
Я вышла из джипа.
— Меган? Не заходи внутрь.
— Я скоро вернусь.
Через мгновение он поплелся позади меня к берегу ручья, который бежал к подвальной стене мельницы. Большое неподвижное колесо рядом со стеной выглядело, как ржавое гребное колесо9 парохода.
— Вода практически не течет, — заметила я.
— Мельница работает от пруда, — объяснил Мэтт, указывая на подъем в земле на другой стороне дороги. — Когда ворота открываются, вода попадает на верхнюю часть колеса, используя силу тяжести, чтобы вращать ее.
Я кивнула, затем снова посмотрела на темный вход на крыше.
— Ты когда-нибудь видел призрака здесь?