— Что значит, что я не буду получать денег за свою работу? — возмутилась я. Почему все всегда такие скупые и жадные?!
— А за что? — спокойно ответил Виктор. Хм-м... Что-то он очень активен для простого помощника.
— А жильё и еда? — подозрительно прищурилась я.
— Это будет, — кивнул Итан.
Я оглядела трёх мужчин, наклонилась, поставила на специальном поле размашистую подпись и с усмешкой сказала:
— Ну, возвращайте магию и давайте документ о том, что я свободна.
Вампиры выглядели довольно удивленными, наверное думали, что сопротивляться я буду долго, но шанс вновь почувствовать магию не давал мне выбора.
— Хорошо. Виктор, принеси документ, — коротко бросил Джейкоб, а сам встал и подошёл ко мне. Его глаза сурово осматривали меня, ну а я ответила ему похожим дерзким взглядом. — Не забудь, что любой вред Дэниелу — и ты лишаешься магии, но в этот раз навечно.
Я вздрогнула, но ничего не ответила. К моему удивлению, мне было страшно. Я совершенно не была уверена в себе, ведь после стольких лет бездействия я не была уверена, что смогу хотя бы вытащить меч из ножен. Даже несмотря на то, что каждым утром я повторяла боевые приемы.
Он протянул руку, куда я вложила свою с браслетом и стала с любопытством следить за его действиями. Он поднёс к металлу круглый медальон с красным камнем внутри, после чего на браслете появилась некая панель, на которой я увидела набор цифр. Джейкоб быстро нажал на пять чисел в определенной последовательности, и я увидела, как прямо из браслета выскочила иголка. Я удивленно подняла глаза, а он пояснил:
— Даже если бы ты нашла медальон и угадала последовательность цифр, то тебе понадобилась бы свежая и добровольно отданная кровь любого главы Крыла. Которую никто бы тебе не дал.
Он поцарапал себе палец иголкой, а металл вдруг начал выходить из-под кожи, причиняя невыносимую боль. Не сдерживая себя, я закричала, но к счастью это мучение длилось недолго и вскоре я увидела, как ненавистный браслет падает на пол. А внутри меня забурлила магия, проносясь лавой по венам.
Джейкоб отошёл, удивленно рассматривая меня. Я подняла руки и ахнула. Даже через кожу и плоть можно было увидеть вены, горевшие огнём. У меня действительно была огненная кровь.
Но это были не единственные метаморфозы. Я почувствовала внутри себя необычайную легкость и звонко рассмеялась. Все же магия была неотъемлемой частью меня. Щелчком пальцев я погасила все светильники в комнате, и только я освещала ее. Не могла не улыбнуться, я наконец была свободна. Я — огонь.
Я зажгла на одной руке фаербол, который внезапно взорвался яркими искрами, от чего Итан и Джейкоб отшатнулись от меня. Магия переполняла меня после стольких лет заточения и мне надо было избавиться от неё, чтобы прийти в себя. Но здесь это было бы очень опасно.
— Мне нужно место, где никто не пострадает, — прохрипела я, обращаясь к Джейкобу. Он кивнул и вышел из комнаты, приглашая меня идти за собой.
Пока мы шли по особняку, я еле сдерживала рвущуюся наружу магию. Очень много ее накопилось, и сейчас при каждом шаге с рук срывались искры. Вскоре мы дошли до какого-то помещения, откуда, как я предполагаю, предварительно вывели всех вампиров. Благодарственно кивнув Джейкобу и проследив, чтобы он вышел, я просто выпустила весь огонь, что не мог удержаться во мне. Это было просто невероятно. Но уже через миг я потеряла сознание.
***
Очнулась я в чьей-то комнате, лежащей на широкой кровати. Простыни были белыми и мягкими, а подушки как будто полностью состояли из мягчайшего пуха. Как же я отвыкла от этой роскоши...
Вспомнив события вчерашнего (или сегодняшнего?) дня, я даже не смогла понять, что я чувствую. Я действительно была огнём и не была им одновременно: я могла быть взрывной, импульсивной, яркой и в тоже время холодной и равнодушной. Эти смешанные чувства ломали мою голову. Решив не заморачиваться этим, от безделья я начала разглядывать комнату.
Довольно просторное помещение, уютное, с кроватью, шкафами и рабочим местом. Над кроватью висело зеркало в старинной раме, украшенной позолотой и всяким рельефом. У столов и тумбочек были красивые витиеватые ножки, но самое главное — комната на удивление была выполнена в персиково-оранжевом цвете. Это был один из любимых моих цветов.