Голодный взгляд Вячеслава тут же устремился к ней, полон жажды и отчаяния. Он зашипел, его тело дернулось к стеклу, как у хищника, почувствовавшего добычу, готовую вырваться из его лап. Она почувствовала мощный прилив силы в этот момент, когда его слабость раскрылась перед ней.
- Ваше высочество, где же ваши манеры? – ядовито произнесла она, обводя взглядом его истощенное тело, наслаждаясь его мучениями. Ей казалось, что она читает его мысли, видит, как он мечется между гордостью и тем, что осталось от его самоуважения. Её слова, как острое лезвие, резали атмосферу, разрывая тишину на осколки.
Смотря на его выражение, она чувствовала, как её собственное сердце колотится в груди, желая полной власти над этим хрупким существом. Странное удовлетворение наполнило её, когда она осознала, что контролирует его судьбу. Но этого было недостаточно. Она хотела, чтобы они с Василием были уничтожены.
Присев на стул, она положила пакет на свои колени, наблюдая за лицом Вячеслава.
- Сколько ты не ел? Пару дней? Неделю? Выглядишь… свежо.
Легкая усмешка растянулась на ее губах, пока ледяной взгляд метался между пакетом и ее лицом. Словно что-то осознав, он устало опустился на пол, опираясь плечом о стекло.
- Дрянь, - еле прошептал он.
Но Далия услышала. Улыбнувшись, она откинулась на спинку стула, скрестив руки на груди. Её сердце не трепетало от сострадания, но чувство удовлетворения от его состояния проходило как горячая волна.
- Не хочешь узнать, как поживает твой братец? - спросила она, поднимая бровь.
- Полагаю, наслаждается медовым месяцем?
Не выдержав, она рассмеялась.
- Все еще остались силы шутки шутить?
Она не удержалась и громко рассмеялась, звук её смеха разнесся по комнате, как гремящий звон. Вячеслав, казалось, не разделял её веселья. Он устало прикрыл глаза, и Далия заметила, как его грудная клетка с трудом поднимается и опускается, как будто борьба за жизнь давалась ему все тяжелее. Наклонившись, она бросила пакет через маленькое окно.
Вячеслав тут же разорвал пакет зубами, жадно глотая вязкую жидкость. Далия поморщилась от металлического запаха, перемешанного со спиртом.
Ей не было его жаль. Но и убивать в ее планы его не входило. Их обоих. Она хотела забрать у них все, чем они дорожат. А затем смотреть на то, как они будут выживать в этом мире.
- Ты заслужил все, что ждет тебя, - отозвалась она, внимательно вглядываясь в его лицо.
Вытерев рот рукой, он улыбнулся ей. Показная уверенность задела бы Далию, если бы не ненависть, полыхавшая в глубине его глаз.
- Посмотрим, лекарка, посмотрим, - прошептал он, в его голосе слышался вызов.
- У меня не так много времени, - вставая со стула, проговорила она, - Но я найду его, чтобы рассказывать тебе новости.
Щелкнув выключателем, она вышла за дверь, оставив его в полумраке, где его жадные глотки смешивались с тенью неспокойного разума. Не оборачиваясь, Далия знала, что его время истекает, и с каждым днем они приближаются к краю пропасти, которую он сам же вырыл.
***
Столица России - Кирай. Третий квартал территории Эсперов. Лечебный корпус.
Далия Янковская
Девушка осознавала, что Мирон долго не просидит в той темнице. Рано или поздно он бы выбрался и примчался к ней. Она представляла, как он выберется, как стремительно мчится к ней, веря, что его благородство и смелость способны решить все проблемы.
Вот только ее не нужно было спасать.
Она вспомнила разговор с Анной, когда они обсуждали, что значит свобода и личный выбор. Анна, скорее, была сторонницей традиционных ценностей: защитить, спасти, сделать счастливыми. Но для девушки это уже не имело значения. У нее была своя жизнь, свои решения, и она не собиралась позволять никому, даже Мирону, диктовать ей, как ей жить.
То, что они устроили с Анной в корне не устраивало ее. И ей стоило предельно четко изложить ему эту мысль.
Завернувшись в плащ с капюшоном, она старалась остаться незамеченной. На улице моросил дождь, и тусклые огни фонарей отражались в лужах, создавая иллюзию движения. Ближайшие дома терялись в серых облаках, а город погружался в легкий мрак, который казался ей странным и пугающим.