***
Когда Далия шла по коридорам дворца, она не могла оторвать взгляд от изысканной архитектуры. Высокие своды, украшенные золотыми барельефами, величественные колонны и роскошные витражи создавали атмосферу, которую сложно было описать словами. Каждый шаг, который она делала, отзывался в её сердце как будто обращением к древним традициям, живущим в этих стенах. Все здесь излучало мощь и величие. Далия напомнила себе, что это могущество построено на крови таких, как она.
Их шаги отдавали эхом от стен. Каждый поворот открывал новые великолепные залы, украшенные бесчисленными гобеленами, как дань традициям прошлого, рассказывающими о славных страницах истории России.
Удивительно, но в этом коридоре была изображена история, как она есть. Без прикрас. Как возрождалась монархия, как она пала, а на смену ей пришел коммунизм и демократия. Когда они дошли до стены с недавними событиями и Далия наткнулась на период генетического шторма ей стало больно внутри. Она не застала этот период, но все историки и пожилые люди описывали это, как следствие неудачного эксперимента с человеческими мутациями в нестабильный период. Какая страна стала началом никто не знает, у Далии было подозрение, что бывшая Россия могла участвовать в гонке за новыми технологиями.
Так появились первые стихийники. Эсперы, чья силасила могла созидать, но никто не научил их контролировать ее, поэтому она лилась, уничтожая села, города, целые государства и континенты.
Ее пальцы прошлись по жесткому ворсу, впитывая ужасы тех дней. Сдвиги тектонических плит, масштабные пожары, наводнения, ураганы сносили все на своем пути, не давая шанса на отступление. Оставшихся людей доедали поехавшие эсперы.
Далия замедлилась, когда увидела горящую Москву. Кремль падал под натиском землетрясения, превращаясь в руины, унося с собой под землю демократичный режим. Вся центральная часть была уничтожена. Людям нужно было подобие стабильности, оставлять их без власти было нельзя, а потому был созван Земский собор, давно забытый, откопанный на пыльных страницах истории. Было принято решение вернуть монархию.
Далия остановилась на изображении кабинета, где сидела по меньшей мере сотня людей, яро спорящих друг с другом. Закрыв глаза, она могла представить, как тяжело далось им решение - кого сажать на трон. Временем никто не располагал, а потому выбор пал на самого вероятного претендента - род Юсуповых, родственников династии Романовых.
Чем ближе лекарка подходила ко входу, тем явнее становилась развязка, которой их учат с самых ранних лет. Люди перекочевали в Сибирь, с помощью технологий обуздали суровый край вечной мерзлоты, а вместе с ним и нашли способ контролировать эсперов - людей, получивших способности. Те, кто были в сознании просили об этом, им было страшно терять разум, убивать родных в приступах.
Так появилась Инквизиция - те, кому поручено защищать страну не только от внешней угрозы, но и от внутренней.
Каждый Порченный в возрасте одиннадцати лет должен был быть зарегистрирован со своей способностью, каждому присваивали свой класс в соответствие с его способностью. Всего таких класса было четыре – целители, бойцы, аграрники, заводчане. Присовенный к определенному классу эспер приговорен к пожизненной службе, где ему разрешено использовать свой дар до того, как он не сойдет с ума. Каждый год они проходили обследование. Тех, у кого выявляли отклонения выше допустимой нормы отправляли в Элвалаж - место, где все Порченные рано или поздно находят покой. С помощью эвтаназии им дарятдолгожданную смерть.
Далия сама не заметила, как остановилась у одного из полотен, касаясь пальцами точки на карте, к которой и она в свой час должна будет прибыть - Элвалаж.
- Богатая история, - послышался мягкий голос над ухом. Он говорил тихо, отдавая дань уважения тем, кто погиб в то время.
Далия резко обернулась, их взгляды скрестились.
- Вы знаете об этом больше, чем показывают в учебниках, не так ли? - спросила она, не стесняясь произнести свои мысли вслух.
- Каждый из этих моментов - это не просто события. Это уроки, которые мы должны извлечь из забытых страниц времени. Когда история забывается, она повторяется. Не все способны это понять, - произнёс генерал, и в его голосе звучала нота предостережения.