«Видит Бог, мне и так достаточно адреналина в своей жизни».
- Вы должны будете работать над ним каждый день, - продолжил царь. Его грозный, тучный голос бил по перепонкам. Далии хотелось съежиться под его взглядом, но она стойко стояла, не давая слабину, - У него плотное расписание, так что вам нужно будет подстраиваться. Я ожидаю увидеть результат в течение месяца. Мы не можем позволить себе потерять ещё одного биокинетика.
Последняя фраза была обращена к генералу Дьякову. Слова пронзили её как нож. Это означало, что они не считают предыдущего биокинетика живым. И теперь она была под прицелом - не только для этой семьи, но и для всего общества. Страх и гнев поднимались в ней, но на перед царскими особами она не могла позволить себе выразить ни одно из этих чувств.
- Служба ваша будет опасной, и я должен вас предупредить, что генерал Дьяков будет обеспечивать вашу безопасность, - добавил царь, голос звучал ровно и устало.
Лекарка кивнула, понимающе смотря на царя.
«Так ли для безопасности его приставили? Или в качестве дополнительного поводка, ваше величество?».
Генерал был известен своей жестокостью и холодным подходом к делу. Теперь её безопасность зависела от стального взгляда этого офицера, в то время как её душа боролась с непрекращающимся внутренним протестом.
- Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы помочь вашему сыну, - произнесла она с усилием, сдерживая ярость, способную вырваться наружу. Она уже могла чувствовать, как её мысли облекаются в тёмный кокон безудержного голода. Того самого, который существовал на подкорке каждого эспера, - Могу я узнать причину его недуга?
Царь нахмурился:
- Мы надеемся на вашу квалификацию, это будет проверкой ваших способностей.
Далия не смогла сдержать следующие слова:
- Я не могу гарантировать успех. Это зависит не только от меня, но и от самого пациента.
Царица, казалось, слушала каждое её слово с особым вниманием, и в её взгляде мелькала надежда. Лекарка почувствовала, как лёгкая волна тепла охватывает её, несмотря на сложившиеся обстоятельства. Возможно, она могла изменить не только судьбу царевича, но и собственную.
Чего не могла сказать Далия о Царе. Его взгляд ей совсем не нравился. Он словно проникал под кожу, он смотрел оценивающе, словно дразнил жертву, уже зная, какой у нее будет конец.
- Мы понимаем, - мягко сказала царица, стараясь поддержать лекарку, но ее тут же перебил Царь.
- И все же рассчитываем на ваши социальные навыки.
Далия кивнула. Царь махнул рукой, освобождая ее и лекарка попятилась к выходу. Как только она оказалась около двери, наткнулась на одобрительный кивок генерала.
Стало чуть легче, но только когда двери тронного зала за ней закрылись, она поняла, что почти не дышала все это время.
ГЛАВА 3.
Настоящее время.
23 апреля 2070 год. 14:16. Исследовательская база «Красна». Россия. Столица Кирай.
Далия Янковская
Лекарка глубоко вздохнула, словно пыталась нащупать внутри себя ту искру ярости и свободы, которая все еще могла гореть в груди. Она подняла взгляд на младшего царевича, его лицо было гладким и холодным, как камень, а в его глазах не выражалось ни сострадания, ни ненависти - только любопытство.
«Больной ублюдок».
- Что такого устрашающего было в нем?
- Начнём с того, - произнесла она с ноткой легкой издевки, - что ваша семья нерадива к народу. Ваш отец… он был монстром, скрытым под маской власти и благородства. Когда я встретила его, мне казалось, что я окунулась в мир, где человеческие жизни - лишь разменная монета, - она наклонилась к стеклу, заговорищески улыбнувшись, ее голос стал более жестоким, - И я совершенно не жалею того, что сделала с этим ублюдком. Разве что нужно было это сделать раньше.
Вячеславнаклонился к ней навстречу, казалось, что его совсем не беспокоило, как она отзывалась о его покойном отце, огонь интереса разгорелся в его глазах:
- А мой брат? Какое у вас было впечатление, когда вы работали с ним? Он тоже больной ублюдок?