- Ты не одна, Далия.
Глядя в его глаза, она вдруг осознала, что может доверять ему. Этот маленький шаг отчего-то казался слишком важным.
Между ними все еще было множество вопросов, но она была готова двинуться навстречу доверию. Шаткий мост был наведен. Он не казался ей ужасным человеком и этого было достаточно.
Его слова, словно благословение, окутывали её, и в этот момент Далия поняла, что не просто нуждается в помощи, но и готова принимать её. Она ощущала, будто стекло в её сердце треснуло. Её всхлипывания утихли, и вместо них пришло другое чувство – едва уловимое, но уверенное, преледующее ее всю жизнь.
Ненависть.
***
Рабочие дни пролетели незаметно для Далии. Она погрузилась в изучение царевича, стараясь выявить все его аллергии и реакции организма как на старые, так и на новые препараты. Их постоянные встречи имели свойство наполняться игривой атмосферой, где флирт царевича становился неотъемлемой частью их общения. Каждый раз, когда он искал способ поднять ей настроение, Далия лишь сдерживала вздох, понимая, что его благородство - это не более чем маска, скрывающая истинные намерения его семьи. Она чувствовала, что-то не так и собиралась докопаться до сути.
Каждый раз, когда она касалась оставленных шрамов, стоя перед зеркалом в ванной. Каждый раз, когда смотрела на обломанные ногти, ее зубы сжимались от того, как сильно ей хотелось причинить боль Царю и его системе.
Василийизвинялся перед ней за то, что не мог остановить те страдания, которые они ей причинили, после чего сразу же предлагал обработать её раны в недвусмысленном намеке. Далия отмахнулась на его слова, не ожидая от него ни сострадания, ни альтруизма. Она знала, что её работа заключается в том, чтобы помогать ему и его семье, а не получать от них что-то в ответ. Вечерами она просто делала свои дела и уходила, постепенно начиная прятать свои раны не только физически, но и эмоционально.
На следующий день после наказания царевич, словно почувствовав перемену в ее поведении, взглянул в её глаза, произнёс искренние слова извинения за телесное наказание, которое она пережила.
Когда утро пришло вновь, Далия проснулась от странного ощущения. Она увидела на своей кровати окровавленную розу, и замерла, словно замороженная страхом. В ее голове роились мысли, но самый главный вопрос:
«Кто мог пробраться в комнату?»
Взгляд метнулся к двери. Она должна быть под круглосуточной охраной.
В этот момент дверь приоткрылась, и вошёл генерал. Он пришёл снова обработать её раны. Увидев выражение на её лице, он спросил, что случилось. Далия, собравшись с силами, позвала его к себе и показала на розу. Генерал, внимательно осмотрев её, нахмурился. Его брови сошлись на переносице.
- С другими лекарями случалось нечто подобное. С этого все начиналось.
В голосе генерала звучала легкая тревога, и он продолжил:
- Я постараюсь выяснить подробности. Мы не можем это игнорировать.
- Что делала стража? Как сюда мог пробраться кто-то?
Его брови сошлись на переносице, словно он обдумывал что-то.
- Они стояли на месте.
Далии совсем не нравилось, куда заводили ее мысли.
- В таком случае у нас два варианта: либо это кто-то, кого они знают и не могут перечить, либо же кто-то заставил их забыть.
- Но таких эсперов никогда не существовало, - закончил за нее генерал.
- Дерьмо, - выдохнула лекарка, - Чертово дерьмо.
Она со злостью пнула подушку. Она думала о том, как бы хотела оказаться в лечебном корпусе, в безопасности. Как бы они с Анной пили чай, болтая о чем-нибудь отвлеченном.
Но ей приходилось выживать в этом роскошном месте, относится ко всем настороженно и ожидать ножа в спину.
Подняв взгляд, она наткнулась на удивленное выражение лица генерала.
- Не думал, что лекарки могут так ругаться.
Далия пожала плечами.
- Иногда я не могу сдержаться.
Лекарка не могла отделаться от мысли о том, какую роль генерал мог сыграть в происходящем вокруг. Несмотря на это, она не хотела подозревать его в злых намерениях.
- Я понимаю твои сомнения, - тихо ответил он, - В твоем положении нельзя никому доверять. Но я здесь не для того, чтобы предать, и, если тебе нужно время, чтобы убедиться в этом, я готов его дать.