«Влипла».
Замутненное сознание все еще позволяло соображать, пусть и медленно. Царевича ударить она не может, но что тогда…
Ей в голову пришла одна единственная идея. Ровно в этот момент губы царевича коснулись ее шеи, проложив дорожку поцелуев.
«Гаденыш».
Она потянула руку, обнимая его за шею, потянулась навстречу.
- Что вы делаете? - в голове плыло, но она надеялась, что звучит праводоподобной. Ей нужно было звучать правдоподобно.
- Не знаю, останови меня, прошу, - прошептал он у основания, укусив нежную кожу, - Если только не хочешь.
Что-то в замутненном сознании заставило ее остановится. Словно кто-то шептал ей в сознании, что она хочет этого. Ей внезапно захотелось поддаться порыву. Она потянулась в ответ, чувствуя, как жар окутывает тело, а сознание улетает.
Сквозь полутьму она пыталась нащупать точку, чтобы усыпить царевича, сопротивляясь темной агонии, пытающейся захватить ее в объятия.
- Василий, прошу, - прошептала она, не зная сама о чем просит.
- Скажи, что не хочешь этого, - прошептал он в ответ и его пальцы коснулись внутренней стороны бедра.
- Я…, - она не смогла договорить. Его пальцы легли ей между ног, нежно поглаживая клитор сквозь белье.
- Скажи, чтобы я остановился, - он отстранился, взглянув ей в глаза, пока его пальцы отодвигали ластовицу, касаясь оголенной кожи нервов.
Далии удалось только подогнуть пальцы ног от того, насколько это было приятно. Она не хотела это заканчивать.
Когда царевич поцеловал ее, она ответила. Но что-то на краю сознания не давало ей покоя.
Ей казалось, что его губы слишком настойчивые, запах у него напоминал дерево, а не грозу, а на руках не чувствовались шрамы, когда лекарка хваталась за них.
Его зубы укусили ее губу, пустив кровь и он слизнул ее кончиком языка.
- Прошу, - прошептала Далия, не зная сама о чем просит.
Движения пальцев ускорились, нажим стал сильнее и вот она уже сводит дрожащие ноги, выпадая окончательно из реальности.
В последний момент ей кажется, будто она слышит горячий шепот у шеи и стальную хватку на талии:
- Слишком вкусная, чтобы делить с кем-то.
***
Далия подскочила на кровати, словно очнувшись от какого-то ужасного сна. Холодный пот струился по её коже, оставляя чувство сырости и беспокойства. Вместо покоя, внутри неё снова и снова прокручивались обрывки ночных видений, которые не хотели давать ей покоя. Она закрыла глаза и попыталась собрать мысли, ощутив, что реальность и сон переплелись в ее сознании так плотно, что отличить одно от другого стало невозможно.
Что на самом деле происходило прошлой ночью? Взгляд царевича, пронизывающий её душу, его прикосновения, которые звучали в ней, словно незнакомая мелодия. Она пыталась вспомнить, но каждый раз, когда её мысли касались той отчаянной сцены, в которой он был рядом, её охватывали судороги смятения. Царевич, его руки, его настойчивость… Это действительно произошло или только разыгралось в её воображении, когда она потеряла сознание от слишком большой отдачи сил?
Далия подвигала бедрами, ощущая влажность.
«Да какого хрена происходит?»
Злость на собственную беспомощность накрыла ее с головой. Она села на кровати, запустив пальцы в волосы. Далия никогда не чувствовала такого, как сейчас. К ней всегда приглядывались много мужчин, атака мужского внимания казалась ей знакомой, но то, что было прошлой ночью, выходило за рамки всего, что она знала. Да, она могла бы сказать, что царевич был притягательным, и в её сознании проскальзывала симпатия, но это было что-то большее. Она не чувствовала к нему влечения. Страх за собственный разум накатывал волнами. Она всегда управляла своим телом и разумом, но теперь не могла простить себе даже мысли о том, чтобы желать его, если такое слово вообще имело смысл в этом контексте.
В это время к ней подскочил генерал, о котором она почти забыла. Он вошёл в комнату, его присутствие подчеркнуло её растерянность.
Увидев ее растерянный взгляд, он беспокойно спросил:
- Ты в порядке?
Она объяснила, что мало что помнит об их встрече с царевичем и ее это беспокоит.