Лестницы ускользали под ногами, и в какой-то момент она осознала: её сердце стучит так сильно, что кажется, оно сейчас выскочит из груди. Она знала, что бегство - это единственный шанс избавиться от ужасов, от взгляда, который мог разорвать её. Но мир вокруг терял яркие краски, а плавные движения становились все более хаотичными. Она не могла думать, не могла осознать, сколько метров ещё осталось до свободы. Единственное, что интересно: лишь бы убежать отсюда.
И тогда Далия споткнулась на гравийной дорожке. Земля пришла ей на помощь, принимая её, усталую и изможденную, в свои объятия. Она с треском упала на колени, грудь сжалась от тяжёлых вдохов, и слёзы, которые она так долго сдерживала, теперь свободно начали катиться по щекам, смешиваясь с пылью. В этот момент у неё не осталось сил. Она осмотрелась - совершенно не понимая, куда вообще забежала.
Сады окружающего дворца развернулись перед ней, как оазис, полный зелени и цветов, которые резко контрастировали с её внутренним миром. Запахи, переполняющие воздух, смешивались с её слезами и сильным чувством ужаса. Она задыхалась, всматриваясь в окружающее пространство, которое вовсе не было местом укрытия. Сады, которые когда-то казались идиллией, теперь отразили её собственные метания, зажатые в клетке из страха и бесконечных ожиданий. Влажный воздух, пропитанный ароматом цветущих растений, стал ей чуждым и неприятным, словно этот прекрасный мир точно так же поработил её. И в этот момент она поняла, что бежать нужно не только от этого места, от себя самой.
- Вам помочь?
Мутным взглядом она смотрит в сторону голоса и натыкается на холодные голубые глаза.
Страх охватил её с новой силой, и в панике она начала ползти назад, потрясённо качая головой. Каждый камень гравия вонзался в её кожу, оставляя болезненные следы.
- Не прикасайтесь ко мне!
Человек продолжал приближаться и когда Далия почувствовала хватку на своих руках, тянущую ее вверх, она забилась, словно птица в клетке.
Он встряхнул её, и Далия почувствовала, как теряется контроль над своим телом. С трудом она сфокусировала взгляд на его лице, и это было то, что поразило её сильнее всего. Лицо младшего царевича Вячеслава выражало беспокойство.
Где-то на подкорке сознания мелькнула мысль, что это отличный шанс узнать, причастен ли он к подаркам, но после всего, что сделал с ней Царь она не могла собраться.
Она пыталась вдохнуть, но воздух был тяжёлым, словно кто-то сжал её грудь. Тело не слушалось, силы покидали, и в глазах стало темнеть. Она осознала, что на краю потери сознания.
- Ох, и надо же именно мне на вас нарваться, - недовольно проговорил он, подхватывая ее на руки.
Словно в бреду она чувствовала под собой шаги, а затем прохладу на поверхность.
К её губам приставили горлышко фляжки, и, несмотря на все её возражения, обжигающая, едкая жидкость хлынула в горло.
«Опоить» - только одно слово в мыслях, и она снова попыталась встать, вырваться из сильной хватки, удерживающей ее где-то.
- Пейте, черт вас дери, это просто водка.
В его голосе она не уловила угрозы, и именно в этом была ирония. Голос звучал недовольно, может быть раздраженно. Когда наконец он отобрал у нее фляжку, ей удалось открыть глаза.
Она лежала спиной на лавке, глаза упирались в бескрайнее звездное небо. Где-то рядом журчал фонтан, а рядом сидел царевич Вячеслав.
- Я знаю о ваших подарках, - Далия не хотела так прямо высказываться, но сил у нее сейчас ни на что не было, а ей нужно было взглянуть на реакцию царевича.
Казалось, он удивился.
«Либо же хорошо сыграл».
- Извините?
- Ваши окровавленные подарки, - произнесла она с нажимом, пытаясь сосредоточиться, но слабость возвращалась, как бы ни старалась она бороться с ней. На его лице отразилась недоуменность, и в его глазах засветился вопрос. Он смотрел на нее, словно на сумашедшую.
- Внимание моего брата и отца окончательно вас довело я смотрю.
- Не лгите, - с нажимом произнесла Далия, но голос был слаб, она чувствовала, что сон затягивает ее в свои сети.
***
Мирон Дьяков
Мирон с тревогой смотрел на Далию, почти неподвижное тело лежало на лавке, пустые глаза устремлены в небо. Окровавленный руки с кучей порезов, разорванное платье, залитое от слез лицо. Она выглядела так, словно жизнь покидала её.