- Наконец-то ты сменила эти формальности на честность, - он жутковато улыбнулся, голубые глаза лихорадочно осматривали ее лицо, а когда его язык прошелся по зубам, Далия вздрогнула. Он нагнулся к ней, сжав ее щеки пальцами одной ладони.
- Убери свои руки, - огрызнулась она, но он будто пребывал в своем мире, - Или хочешь обсудить смерть своего папочки?
Жадно осматривая ее лицо, он искал значимые для себя признаки. Наконец он грубо отпустил ее, расхаживая взад вперед перед ней.
- Боже, голова и без тебя кружится, сядь уже, - раздраженно отозвалась Далия, ощутив, как клокочет внутри злоба.
Он остановился и их взгляды встретились:
- Мой отец умер от разрыва сердца. Это общая информация, которую сообщили сегодня утром.
В голове лихорадочно плясали вопросы, словно увидев их, он почти нежно ей улыбнулся, протянул руку, коснувшись ее волос. Затем сжал их на затылке, откидывая ее голову:
- Но это не значит, что ты не должна понести наказание, - предвкушение в его глазах ей совсем не нравилось, - И твоим стану я.
Непонимающе нахмурилась, лекарка прошипела:
- Что это все значит?
Царевич наклонился еще ниже, его нос прошелся по ее шее, вдыхая запах:
- Это значит, что теперь ты будешь моей. Я объявлю тебя пропавшей, как всех остальных и ты останешься в моей коллекции.
Внезапная догадка озарила Далию, она взглянула на него, раскрыв глаза:
- Ты?
- Я, - самодовольно произнес он, его палец прошелся по ее скуле, - К сожалению, их кровь не настолько меня манила, чтобы оставлять их в живых, но ты…
Его язык прошелся по ее шее, вызвав неприятную дрожь.
- Тебя хочется растянуть надолго.
Далия дернулась на стуле, ее челюсти клацнули рядом с его ухом, но он успел увернутся.
- Такая строптивая, - с улыбкой произнес он, а затем его взор обратился на Мирона. Едва она это заметила, постаралась спокойно спросить:
- Зачем он тебе?
Царевич обошел его по кругу, наблюдая за ее реакцией.
- Что ты знаешь о своем благоверном?
Далия поджала губы. Она и вправду особо ничего не знала о нем. Ее информированность о генерале ограничивается лишь поверхностными фактами, доступными для всех. Знания о нем не затрагивали глубинных аспектов его личности, его прошлого или тех теней, которые он пронес с собой через годы. Истинная природа генерала, его страхи, мечты и внутренние конфликты остались скрытыми от ее взгляда.
«Дура… Как можно было так облажаться?»
- Сирота. Двадцать четыре года. Генерал-майор, заместитель командира военного корпуса столицы Кирай. Воспитывался в стенах корпуса.
Глаза царевича заблестели от нахлынувшего азарта.
- Это даже интересней, неужели вы не настолько сблизились, чтобы он рассказал тебе правду? - его рука прошлась по волосам Мирона, он оттянул их, запрокидывая его голову.
Прищурившись, Далия угрожающе тихо предупредила:
- Отпусти его.
Он проигнорировал ее, начал хлестать генерала по щекам, желая разбудить.
- Он должен быть в сознании, должен видеть разочарование в твоих глазах.
Словно в бреду, он продолжал наносить удары, от чего Мирон поморщился, приходя в сознание.
Далия ощутила, как внутри неё заклокотало чувство беспокойства и ярости одновременно. Царевич, несмотря на свою легкомысленную маску, проявлял не только азарт, но и скрытую жестокость. Она не могла позволить этому продолжаться. Ограниченная лишь слабостью своего положения, Далия стремилась сохранить контроль над ситуацией, полагаясь на силу своего разума.
Сейчас для нее было первостепенным отвлечь его внимание от генерала.
- Ты думаешь, что таким образом добьёшься чего-то, - произнесла она с максимально спокойным тоном, который могла собрать, - Но ты лишь заложник собственной жажды.
Царевич обернулся к ней, его глаза вспыхнули от гнева.
«Да, иди ко мне. Обрати на меня свое мерзкое внимание».
- Ты не понимаешь, чем рискуешь, - произнес он, уверенно сжимая волосы генерала, не желая сдаваться, удары стали тише, едва попадали по щекам Мирона, словно он был растерян - Он - твой защитник, но в этот момент он бесполезен. Я могу взять на себя эту роль, я могу подарить тебе гораздо больше, чем он когда-либо сможет.