— Ты сума сошел, мы меняем мечи, а не покупаем. Больше чем ползолотого за обмен не дадим, ведь эти мечи не хуже чем твои, просто они нам не подходят.
— Мои мечи работы гномов, а ваши нет. — Возразил орк.
— Какая разница, мечи отличные, а чьей они работы не важно.
Я первый раз видел Гриона за торговлей и понял, что Омар воспитал себе достойную смену. Торг длился минут двадцать, я не вмешивался. Торги закончились на сумме доплаты в один золотой. К моему удивлению орк не выглядел огорченным, он выглядел даже довольным. К мечам орк отдал мне перевязь с заплечными ножнами к ним. А уже когда мы покидали его лавку, произнес.
— Подогнать перевязь можешь рядом, у шорника, он возьмется за подгонку.
Мы поблагодарили за совет и вышли.
— Ты молодец, — сообщил я Гриону, — я наслаждался твоим торгом. Только не понял, почему он остался доволен, ведь ты сбил стоимость вдвое.
— В поселке все знают его слабость, он любит торговаться. Чем дольше торгуешься с ним, тем больше он сбрасывает, но конечно никогда не продаст себе в убыток. Мечи сэтэнов тоже из хорошей стали, так что он ничего не потерял. Тем более они более редкие, чем мечи работы гномов, так что может он еще и выиграл, время покажет. Поэтому он и остался доволен.
Шорник с удовольствием согласился подогнать перевязь по мне. А когда закончил с перевязью предложил приобрести у него поясной ремень. Чем мне понравился пояс, то тем, что у него с внутренней стороны были полости, куда можно было вкладывать монеты, и эти полости закрывались. Этот ремень-пояс, шириной около десяти сантиметров, выполнял еще и функции кошелька, и был дополнительной защитой живота. К поясу у шорника я еще приобрел ножны под ножи. Судя по всему, шорник, помимо своей основной работы занимался изготовлением кожаных ножен.
Последней покупкой в этот день был конь. Я купил недорогого коня, всего за десять серебряников, но как мне пообещали, что подтвердил и Грион с Омаром, то порода у приобретенного мной коня была хорошая, кони этой породы были выносливыми.
С вечера я еще подготовил еду в дорогу.
А утром последующего дня попрощавшись с Омаром и Грионом отправился в путь, предварительно спланировав свой маршрут.
Глава 5
Отъехав от поселка на расстояние, когда он уже еле виднелся, я решил заняться самосовершенствованием чтобы не тратить время попусту. Как когда-то я тренировался вызывать знаки теперь решил потренироваться их слышать. Вызвав знак огня, я перевел свой слух на максимальную чувствительность и стал пробовать. Передо мной встало две проблемы. При такой чувствительности слуха меня отвлекали посторонние раздражители, шум птиц, насекомых, далекие звуки охоты хищников, одним словом огромное количество посторонних звуков и среди этой какофонии раздавался еле слышимый писк, который вроде бы звучал от знака. Но если я снижал чувствительность слуха, то в этом случае даже этого писка не слышал. Несколько часов я пытался настроиться так, чтобы игнорировать посторонние звуки и сконцентрироваться на писке. Вроде бы что-то стало получаться, но тут мою концентрацию нарушил новый посторонний звук. Я оторвался от своего занятия и оглянулся. Оказалось, что я вовремя очнулся, так как с боку и чуть сзади ко мне на полном скаку приближалась тройка орков, это была тройка ловцов. Им до меня оставалось доскакать метров двести.
Паники у меня не было, в голове промелькнули варианты моих действий, самым оптимальным как мне показалось, был вариант с использованием взгляда «страха», что я и решил воплотить в жизнь. Когда орки приблизились на расстояние тридцати метров, я включил свой взгляд. Результат получился не совсем ожидаемый мной. Как только я «включил» свой взгляд на полную мощность, кони под орками встали на дыбы, развернулись и как ошпаренные бросились прочь от меня. Все бы хорошо, но мой конь тоже взбесился и постарался меня скинуть. За какие-то мгновения я обругал себя, обозвал идиотом, ведь Грион мне говорил, что даже когда он стоял сзади от меня и тогда он чувствовал страх, хотя и не в такой мере как спереди. Промелькнули варианты, как успокоить коня. Я решил через ауру, если я мог слить ауру с неживым предметом, то неужели не смогу слить с живым организмом. Слияние прошло легко и без проблем. Проблемы начались после этого. Меня накрыла такая волна страха, что у меня чуть кишечник не освободился от своего содержимого, а волосы встали дыбом. Я еле поборол это чувство. По мере того как я одолевал страх поразивший меня, успокаивался и конь. Когда он престал буянить я был мокрый, как будто побывал в сауне. Вздохнув с облегчением, что закончилось все это, я снова обозвал себя полным идиотом. Я пришел к выводу что всему надо учиться и не надо пробовать делать в экстремальных обстоятельствах то, что до этого не было отработано. О поминании своей глупости меня отвлек мой же слух, который все еще был настроен на максимальную чувствительность. В сознание пробился разговор.