— В таком случае, помолвка превращается в настоящую свадьбу, — сказала Лиза, подхватывая радостное настроение. — Нам нужно будет найти гармонию между традициями и реальностью.
— А что насчет нарядов? — поинтересовалась Анна. — В этих условиях они должны быть простыми, но праздничными.
— Одежду я возьму на себя, — предложил Влад, вытирая ладони о пыльный стол.
Атмосфера начала меняться, и несмотря на напряженность, жажда жизни стала ощущаться всё сильнее. Шумные разговоры вокруг становились тише, а обсуждения о хааргах и сражениях потеряли свою мощь. Троица была решима создать нечто замечательное.
Когда они закончили обсуждение, решили проверить местный рынок, чтобы найти необходимые атрибуты для свадьбы.
— Нам нужны цветы, еда и, конечно, что-то, что будет символизировать начало новой жизни, — говорила Лиза, выдвигая свои предложения.
Но когда они вышли на главную улицу, поняли, что в городе тревога обернулась пессимизмом. Невесты явно не шли счастливые по улицам ежедневно — мимо них лишь проносились военные, готовые к бою.
— Надеюсь, наш план сработает, — произнесла Анна, глядя на серые облака в небе. — Нам нужно дать людям надежду, и, возможно, несколько радостных моментов помогут всем немного окрепнуть.
В этот момент они направились к рынку, осознавая: настоящая надежда — это не только вера в лучшее, но и готовность преодолевать все преграды. С этими бодрыми мыслями они начали процесс создания чего-то прекрасного в условиях, кажется, безнадежных.
42
— Я не могу просто сидеть и ждать! — возмущался Дмитрий, не в силах сдержать эмоции.
— Можешь походить, — спокойно ответил Юрий, продолжая работать над новым артефактом перемещения.
— Ты издеваешься? Там наша дочь и твоя жена!
— И пока с ними всё в порядке, — ровно заметил Юрий.
— Были новые видения? — тут же замолчал Дмитрий, пытаясь унять беспокойство.
— Они неизменны. Пока эти события не произошли с нашими девочками, всё хорошо.
— Не понимаю, как ты можешь сохранять спокойствие. Что ты делаешь?
— Ты сам знаешь ответ на этот вопрос, — сказал Юра, складывая готовый артефакт в коробку, переполненную такими же.
— Зачем ты их делаешь? — исправил свой вопрос Дмитрий, устало потирая переносицу.
— Я хочу изменить будущее.
— А разве это возможно? — удивился канцлер.
— Так уже было. Каждый раз в этом участвовала Лиза.
— Ты хочешь изменить её будущее?
— И её в том числе. Я хочу спасти множество жизней.
— А раньше, с другими людьми, не с Лизой, это работало?
— Я не смог изменить ни одно будущее с другими людьми, — спокойно ответил Юра, но напряжение в его челюстях выдавал внутреннюю тревогу.
— Но ты хочешь попробовать снова?
— Да. Считай меня мечтателем, но я хочу попробовать.
— И как же ты собираешься это сделать?
***
Марк снова стоял перед Дарком, уже дав согласие на этот безумный план.
— Нужно ли нам отозвать наших воинов из города? — спросил хаарг.
— Зачем? — удивился наследник.
— Это ведь наши войны. Мы не можем оставить их в огненном шторме.
— Часть из них уже раскрыта, и за ними наблюдают так же, как мы следим за их шпионами в моем дворце. Если мы отзовём их, то иные заподозрят неладное. Это невыгодно.
— Вы готовы ими пожертвовать?
— Несомненно. Ради великой цели я готов отдать не большое количество хааргов, — равнодушно произнёс Дарк.
— Но что, если эта атака не принесёт нужного эффекта? Разрушение города может вызвать обратный эффект. Они станут еще яростнее сражаться.
— Гнев застилает глаза и лишает рассудка. Поступки в гневе полны ошибок. Нам выгоден любой вариант. Эта атака не оставит равнодушными никого.
Марк задумался над словами Дарка. Он понимал, что военное руководство хааргов всегда было холодным и расчётливым, но неужели собеседник действительно так безразличен к судьбам своих воинов?
— Большая цель или небольшие потери? — произнёс он, чувствуя, как нарастает напряжение. — Ты действительно считаешь, что фигур на шахматной доске можно легко заменить?
— Жизнь — это лишь игра для тех, кто осознаёт её, — ответил Дарк с резкостью, которая показывала его лидерское положение. — Я не могу гарантировать ничего, кроме того, что наши враги не будут готовы к тому, что мы собираемся сделать. Это важно.