Он взглянул на неё, в его глазах колебалась какая-то искра, но быстро погасла. Он подошел к Ане и аккуратно погладил её волосы, и ей стало ясно, что он всё ещё там, внутри.
— Это не ты, это не твои убеждения! — закричала она. — Ты был изначально благородным. Ты никогда не был частью этой тьмы. Не позволяй этому артефакту управлять тобой!
— Я не вернусь! — произнес он, его голос дрожал от эмоций.
Марк, охваченный яростью, толкнул Анну обратно на пол, и она безжизненно глядела на их обмен взглядами. Она не могла в это поверить. Однако она знала, что должна бороться не только за себя, но и за своего брата, который, возможно, всё ещё был внутри.
— Я не сдамся. Я продолжу борьбу, пока ты не найдёшь себя снова, — произнесла она, сжимая зубы.
— Ну что ж, — сказал Марк с злобной ухмылкой на губах, — это будет очень интересное зрелище. Я надеюсь, что твои усилия не окажутся напрасными.
В воздухе повисло напряжение, и Анна знала, что её трудная борьба только начинается, но она была готова рисковать всем ради возвращения своего брата и свободы.
Анна посмотрела на него затравленным взглядом, представляя самые ужасные картинки того, что Марк может с ней сделать.
— Я хочу продолжить её обучение, но для начала хотел сделать её своей по законам старого времени, — сказал Марк, обращаясь к Дарку.
— Делай с ней что хочешь, — холодно произнёс Дарк, отворачиваясь от Анны.
— Не уходи, — взмолилась девушка.
— Но она должна быть жива, — добавил новый правитель.
— Конечно. — Марк выхватил из ножен небольшой кинжал и, подойдя к Анне, схватил её за волосы. Девушка сморщилась от боли, но всё еще смотрела на спину своего брата, надеясь, что он вот-вот обернётся и поможет ей.
Марк накрутил на кулак белокурые волосы и одним движением отсек их, бросая пряди в камин. Дарк после минутного промедления вышел из комнаты, в то время как стражники вошли.
— Мне нужна ваша помощь, — сказал Марк, обращаясь к ним. — Она всё ещё слишком строптивая. Мне нужно, чтобы вы держали её.
Только сейчас Аня заметила, как один из них держал в руках что-то похожее на кочергу, которую положил в огонь одним концом.
— Раньше рабов клеймили, чтобы все знали, чья они собственность.
— Ты не посмеешь, — выпалила девушка.
— Ещё как посмею. Прижмите её к полу, — велел он своим помощникам, и те навалились на Анну, прижимая её грудью и лицом к каменным плитам. Девушка продолжала пытаться вырваться. Надежда ещё не угасла в ней. Марк вновь приблизился к ней, разрывая платье на спине и почти с нежностью проводя пальцами по бархатной коже. Он снова отошёл от неё, проверяя накаливание клейма.
— Умоляю, не надо, — произнесла Анна, захлебываясь собственными слезами.
— Если бы ты была покорной, то я бы обезболил тебя перед этим ритуалом. Но ты не хочешь по-хорошему. Это твоя вина. Мне придётся тебя наказать. Снова, — словно с грустью произнёс он, хотя девушка знала, что мучить её ему просто нравится.
Металл раскалился до красна. Аня видела это даже будучи прижатой к полу. Марк вновь оценивающе посмотрел на металл и подошёл к девушке.
— Задержи дыхание. Будет больно, — сказал он, прижимая металл к коже девушки.
Невероятная боль пронзила всё её тело, а из горла вырвался нечеловеческий крик. Она ощущала, как жгучий металл пробивает кожу, оставляя за собой ужасную боль, которая нарастала с каждой секундой. Казалось, её тело пыталось вырваться из своей оболочки, но стражники крепко удерживали её, позволяя Марку наслаждаться моментом. Анна закрыла глаза, стараясь увидеть в этом безумии хоть крошку надежды, но вокруг царила только черная тьма.
— Потерпи, — произнес он с насмешкой, наблюдая за её страданиями. — Это только начало.
Её мысли о брате начали расплываться, и она понимала, что сейчас от него зависит её судьба. Он мог остановить это, но вместо этого оставался безучастным. С этим она не могла смириться. Она не хотела верить, что Дарк стал таким же, как её мучитель.
На её крики Марк только усмехнулся, и, похоже, ему было вдвойне приятно видеть её страдания.
— Добро пожаловать в новую реальность. Ты хочешь остаться в этом мире? Тогда тебе придётся подчиняться.
Внезапно она ощутила, как из её глаз вновь начали течь слёзы. Она стиснула челюсти, чтобы сдержать очередной всхлип. Боль продолжала терзать её, и каждый вдох становился всё труднее. Она понимала, что в её жизни больше нет места выборам, которые она так ценила. Но это не могло стать концом её истории.