Пожирающая Мать.
Немалым шоком для тех же Тёмных и весьма интересным открытием для земных учёных оказалось, что царица-ведьма отнюдь не являлась киборгом, и её человеческая половина не была намертво сращена с паучьим шасси. Как выяснилось, к нему она подключалась посредством сегментированной металлической накладки, идущей вдоль позвоночника почти до самого затылка, но покинуть паучье тело для Тиамат не было особой проблемой. Разве что у матриарха, как оказалось, отсутствовала левая нога по колено, ну и в целом без своего шасси она ходила не слишком уверенно — сказывалось долгое отсутствие практики. Насколько долгое — Пожирающая Мать распространяться не пожелала.
Для неё оперативно был изготовлен и доставлен с большой земли протез, на котором она теперь бодро ковыляла. А также в рамках маскировки Пожирающая Мать перекрасилась в чёрный цвет, и для большинства считалась просто ещё одной фейри, примкнувшей к овеянной славой Шари.
Ну, и в-четвёртых, на совещании присутствовали лица с до конца не определённым официальным статусом.
Тут вам и два апостола — Эрин и Сарин, которые вроде как являлись независимыми и незаинтересованными личностями, но всем было очевидно, чью сторону они занимают. С ними же — Шари, у которой статус нынче тоже был не слишком понятный. С одной стороны, она нынче являлась полноправным офицером ВС РФ, со всеми вытекающими правами и обязанностями. С другой стороны, апостолы её признавали одной из своих, а Пожирающая Мать объявила её новым матриархом и фактически своей преемницей. С учётом того, что ей нынче присягнуло несколько тысяч Тёмных, Шари теперь могла считаться одной из самых могущественных иерархов Тёмных, если не самой могущественной.
Неплохой карьерный рост меньше чем за год от юной лесной охотницы до офицера российской армии и главы собственного огромного клана.
— В Иделан-Сонаморе даже спустя три недели всё ещё продолжаются бои, — доложил Вяземский. — Конечно, уже не такие интенсивные… До окончательной зачистки может быть ещё нескоро, но в целом всё и так понятно. Фильтрация также в процессе, до её окончания всем Тёмным в крепости запрещается покидать её пределы.
— Что могла — я сделала, — вставила Тиамат. — Дальше фильтрация может идти без меня. Точнее — я могу и дальше помогать, но разве что просто присутствовать и пугать.
— А мне казалось, что ваши… способности крайне полезны, — произнёс Кравченко.
— Способности? — улыбнулась матриарх. — Увы, но я не владею даром всеведения и насквозь всех и каждого не вижу. Все мои способности по выявлению грехов моих детей — это всего лишь долго и кропотливо собираемая информация. А она, к сожалению, имеет обыкновение подходить к концу. Надеюсь, что на этом моя полезность не закончится.
Царица-ведьма вежливо улыбнулась, отчего имперцы синхронно дёрнулись — они-то всё ещё не привыкли к тому, что великая, ужасная и безумная Пожирающая Мать оказалась на удивление договороспособна и вменяема.
— Не закончится, — сказал Вершинин. — Господин магистр-посол, со стороны Империи будут вопросы к госпоже Тиамат?
— Не скрою, мы долго совещались… — вздохнул Арвина. — Но в целом — да. Тщательно изучив архивы и взвесив все за и против, мы пришли к выводу, что какие-либо существенные вопросы могли быть лишь у Второй Империи.
— Даже по меркам Эльвенгарда это всё дела слишком уж далёкого прошлого, — кивнул Велисарий. — С учётом ситуации, о былом и правда проще забыть и двигаться дальше.
— Отец сообщил, что подписал помилование Тиамат верс Этана, — слегка поморщилась Афина. — Негласное, разумеется. Но в списках на ликвидацию вы больше не числитесь.
— Отрадно это слышать, — улыбка Пожирающей Матери стала чуть шире. — Всегда считала Корнелиев весьма компетентной династией.
Ну, а как иначе? Император и Ареопаг Светлых умели мыслить рационально, и помилование одного старого и относительно умеренного врага в обмен на разгром целой крепости и выбивание нескольких тысяч Тёмных было признано вполне разумной ценой.
— А вообще, как много врагов удалось нейтрализовать? — поинтересовалась Афина.
Принцесса только недавно вернулась из северных эосов и была немного не в курсе оперативной обстановки — обустройство и наведение порядка в Альдерамане, Хорасане и Гефаре всё ещё продолжалось и зачастую требовало личного присутствия её высочества.