Ну, а кроме чародейской оценки Далёкого Отечества в задачи князя-мага входило, разумеется, представление интересов Эльвенгарда перед новыми союзниками. При этом Велисарий даже не счёл нужным скрыть сожаления от того, что Федерация решила создать своих Светлых, а не прислушаться к его сородичам. Но — мягко, без особого возмущения. Дескать, огорчены, конечно же, но относимся с пониманием. Зато честно, а как уже понял Велисарий — инвириди честность любят и ценят.
Вот, собственно, и всё. Ну, разумеется, имелся ещё немалый штат секретарей и помощников, но их делом было всё должным образом задокументировать и просто помогать в посольстве, а решала всё по факту эта четвёрка набольших.
От этого визита и ответного визита людей в зелёном ждали многого… Обе стороны — и федералы, и имперцы. Насколько это окажется истинным? Время покажет.
Глава 18
Во Владимирске Афина была уже далеко не в первый раз, впрочем, особо сюда уже не рвалась.
На Далёкое Отечество посмотреть, конечно, было интересно, но принцесса всё ж таки не поглазеть на достопримечательности туда приезжала. Да их во Владимирске особо и не было — почти что второй Илион, только побольше. Ну, сильно побольше, конечно… На уровне столицы провинции — три сотни тысяч жителей всё-таки не шутка, в том же Илионе и пары десятков тысяч до открытия врат не набиралось. Да, в Империи кроме Александрополя хватало мегаполисов, где население перевалило за миллион, но их всё-таки по пальцам можно было пересчитать.
Как выяснила принцесса, Владимирск городом был довольно молодым — века полтора всего, пережил две войны, так что архитектурными излишествами не отличался, а числе достопримечательностей числилась природа вокруг. Однако Афину невысокие горы особо не впечатлили, как и природа вообще — она же всё-таки не какая-нибудь отошедшая от мирской суеты Высшая фейри, чтобы созерцать красоты лесов, гор и рек.
Принцесса вообще отметила, что Империя и Федерация в плане расселения оказались удивительно схожи — чрезвычайно населённый запад страны и довольно малолюдный восток. Разве что новоримлян всё-таки было существенно побольше, но принцесса по долгу происхождения об экономике понятие имела и понимала, что огромная доля населения Империи работает только для того, чтобы кормить остальных. Что, по сути, здорово тормозило развитие Нового Рима. И даже индустриализацию порой приходилось искусственно тормозить: тот же Ур — промышленная столица Империи — мог нормально существовать только благодаря поставкам продовольствия из западных провинций и подвозу сырья с Севера. Но это предел — откуда-то дальше везти было практически невозможно. Ну, если речь шла об объёмах в масштабах государства, а не о содержимом пары торговых караванов. Это мешок специй можно везти на телеге хоть через весь Новый Рим, но как быть с тысячами и тысячами фунтов дерева, угля или железной руды? Крупные перевозки осуществлялись только по морю или были привязаны к крупным речным сетям, но Империя была велика и таковых насчитывалось минимум три, и это было уже фактически пределом — при таких размерах и технологиях Новый Рим фактически достиг предела по управляемости. Лично Афина считала, что дальнейшую экспансию придётся вести посредством клиентских государств и доминионов, ставя во главе их верных людей… Да, например, как в случае с Восточным Пределом и его Стражем, ага.
Но опять же — это всё временные меры. Верные люди имеют свойство терять верность или кончаться, а им на смену приходят менее разумные и преданные, а там и до сепаратизма недалеко. Это вот она такая верная трону и не мыслящая ни о предательстве, ни об отделении, а вот что может взбрести в голову её потомкам? Сыновей и дочерей воспитать можно, а вот с внуками всё сложнее, да и, так сказать, паршивая овца в стаде может и у доброго пастуха завестись…
Нет, если Империя хотела и дальше существовать и тем более укрепляться, её требовалось стянуть цепями быстрых и удобных магистралей. Самое простое — идти по пути древнего Карфагена, то есть не лезть вглубь континентов, а держаться побережий и поддерживать коммуникации посредством флота. Однако Новый Рим, как и Рим Изначальный родился теллурократией — сухопутной империей, и ею оставался. Что же, бросить те же центральные провинции? Ну уж нет!
Строить сухопутные дороги? Так и так строим, вторую тысячу лет уже строим, протягивая огромные тракты через всю Империю, но это всегда было и до сих пор остаётся много дороже и медленнее морских и речных перевозок.