Собравшиеся перед дворцом слаженно заорали, что, конечно же, наградить, наградить героиню.
— Преклони колено, Афина, — произнёс император, принимая из рук ликтора простую золотую корону, даже не корону, а диадему.
Вот только простую по облику, но не по значению, потому как это была не одна из наградных корон, а диадема, что носили признанные принцессы.
— Ты отличилась на поле боя, — продолжил Клавдий, — не один город ты взяла на меч и ни одного Падшего сокрушила. За каждое из этих деяний полагается отдельная награда, но всё одно было бы непростительно не исправить допущенную когда-то ошибку.
Император водрузил на голову принцессы диадему, а архижрец описал своим посохом круг — символ Единой веры.
— Встань же, Афина Корнелия. Встань, четвёртая наследница престола Нового Рима!
Девушка поднялась с колена слегка с ошалевшим видом — видимо, не ожидала, что станет не шестой, а четвёртой в очереди к трону. И, вероятно, из-за этого тут же забыла о положенном церемониале — что требовалось сказать в ответ.
На мгновение замешкалась. А затем не нашла ничего лучшего, чем стукнуть себя кулаком по груди и рявкнуть:
— Сила и честь, ваше величество!
Впрочем, это нарушение церемониала было даже к лучшему — народу это явно понравилось.
Стоящие около «тайфуна» Эрин и Сергей проводили взглядом явно растерянную принцессу, которую увела в сторону лично императрица.
— Готовься, — апостол пихнула в бок майора. — Сейчас нас будут награждать.
— Угу, — буркнул Вяземский. — Потом гуляния, переговоры… Долгий же будет день.
— Долгий, — кивнула чёрная жрица. — А куда деваться? Как говаривали древние — положение обязывает.
Глава 21
Переговоры на высочайшем уровне проходили уединённо. Всё сонмище сенаторов, министров и нобилей будет допущено к уточнению мелочей только когда высокие стороны уже договорятся — их дело уточнять, а не решать жизненно важные для Империи вопросы.
Потому что такие вопросы решает только Император.
В закрытом тенистом саду внутри дворца было немноголюдно.
За белоснежным мраморным столом в простом, но удобном кресле сидел лично Император Клавдий, рядом был его старший сын и наследник — Вендимиан, а напротив них — Министр иностранных дел Российской Федерации и апостол Эрин Меркурий. В качестве полноправной стороны переговоров и одновременно переводчика — слуг или посторонних сейчас рядом не было.
— … Что ж, значит технологиями вы делиться не намерены, — спокойно кивнул Император, перебирая страницы заключённого договора. — Жаль, конечно, но иного я и не ожидал.
— Дело не только в том, что мы не хотим лишиться преимуществ. Хотя и в этом тоже, — спокойно произнёс Министр иностранных дел. — Однако даже самые простые по нашим меркам технологии в Новом Риме воспроизвести будет крайне затруднительно. Технологии мы предоставить можем, но что вы с ними будете делать?
— Неужто они настолько сложны? — приподнял бровь Клавдий Корнелий. — Я, конечно, не владею механической магией, но вполне представляю, например, процесс производства оружия или строительства.
— То-то и оно, Ваше Величество — ваш уровень… механической магии всё ещё позволяет одному человеку разбираться во множестве производственных и научных процессов. У нас же прогресс привёл к тому, что это стало просто-напросто невозможно, и на каждую область теперь нужен конкретно обученный специалист. Например, наши боевые машины. Отдельная отрасль — сделать броню, которая не просто сталь, а сложный сплав со множеством добавок. Отдельно — оружие, где нужны уже другие сплавы и методики обработки. Боеприпасы — это не только металлургия, но и точнейшая обработка и химия для метательной начинки. Отдельно — электроника, потому что одними рычагами и педалями со всем этим не управиться. Отдельно — связь, отдельно — двигатель, отдельно — сама сборка…
— Хорошо, я понял, — улыбнулся Император. — Это очень сложная и сильная магия.
— Если честно, я и сам во многом из этого не то что не представляю, а вообще не знаю, как оно работает, — хмыкнул Министр. — Но, как вы уже знаете, мы готовы предоставить и технологии, и специалистов, и знания, но на всё это потребуется время…
— А времени у нас немного, — вставил кронпринц.
— То есть, вы всё-таки склонны доверять Двенадцатому Апостолу? — поинтересовался федерал, слегка покосившись на сидящую за столом чёрную жрицу, которая лишь безмятежно улыбалась.