Мастер Балуев всё-таки дождался, пока я справлюсь с нападавшим и только после этого направился в дом, чтобы проверить хозяев и подростков. Кирпичный дом основательно треснул, но уцелевшая половина держалась. Как раз рядом с кухней находилась небольшая комната, откуда вела дверь в подвал. Усиленный железный люк в полу, вряд ли хозяева хранили там соления. Когда я подошёл, Василий его поднимал, а снизу выглядывал хозяина дома. В этот момент появился мужчина, один из тех, кто жил в домах по соседству. В руках белый саквояж с красным крестом на боку.
— Все в порядке? — спросил я у Кирилла, вышедшего из подвала следом за Карлом Лазаревичем.
— Наши все целы, — кивнул он, посмотрел на лицо и руку Василия, едва заметно поморщился.
— Вась, ты бы не смущал детей, — сказал Карл Лазаревич, сделал жест в сторону подоспевшего мужчины. — Данил Никитич.
— Злодея мы успокоили, — ответил я на его взгляд. — Но в сад пока лучше не выходить. И я бы во дворе подождал, а то по дому трещина такая пошла, ворона залетит. Сейчас автобус подойдёт, вывезу вас в город.
Автобус примчался уже минут через пятнадцать, грязный как танк после учений. Но уехали мы только через полчаса после этого. Ждали, пока старшие созвонятся с начальником службы безопасности. А ещё немного времени заняло оказание первой помощи Василию. Появился он с замотанным лицом и рукой, как мумия, вырвавшаяся из саркофага. А вот Карл Лазаревич с супругой ехать отказались. Сказали, что нужно дождаться старшего сына, собрать много важных вещей.
Первую часть пути обратно ехали в тишине. Краем глаза я следил за детьми, опасаясь, как бы произошедшее ни стало для них слишком большим шоком. Но выходило, что они больше переживали за состояние мастера Балуева, особенно Виктория. Девчонка не могла найти себе место, не зная, как помочь и раз десять спросила, правда, что раны не серьёзные или Василий её просто не хочет пугать. Поражаюсь его терпению, когда он в десятый раз объяснил, что это всего лишь неглубокие ожоги.
Василий подтвердил, что это была та самая пресловутая Тень, которую все боялись. Руд Проклятый, психопат и маньяк, занимавшийся запугиванием и устранением тех, кто мешал организованной преступной группировке столицы. Его рисовали таким, что я представлял себе более яркого персонажа, со злобной улыбкой, многословного и немного поехавшего крышей. И это совсем не сходилось с тем, что я увидел.
— Сильный мастер был? — спросил Кирилл, усаживаясь на диванчик рядом. Таша тут же навострила ушки, обернулась, бросила незаметный взгляд и пересела поближе к проходу, чтобы лучше слышать.
— Я бы сказал умелый, — кивнул я, касаясь пластыря под глазом. Алёна не успокоилась, пока не обработала царапины и не заклеила их. И вид у неё при этом был такой серьёзный, что без улыбки и не взглянешь. — Но не рассчитал, что Василий продержится до моего появления. Не хочу гадать, это дело неблагодарное, но думаю, он ждал, что я вернусь. Что мне для этого понадобится минут на пятнадцать больше времени, и он сначала расправится с Василием, а потом со мной.
Подумал, что если бы он хотел расправиться с молодым поколением Наумовых, то техникой, которую продемонстрировал, он мог бы взорвать дом ещё до того, как вмешался Василий и дети не успели бы спрятаться в подвал. Поэтому вопросов становилось только больше. Хотел ли он напугать или взять их в заложники? Второе более вероятно. Опять же, возможно, они хотят надавить на род, воевать с которым очень сложно по той причине, что его защищает великий мастер. Если он сейчас решит заняться мафией, то им следует уходить в очень глубокое подполье или убедить его разойтись миром.
К нам подошла Алёна, протянула мне кружку со сладким капучино.
— Пить кофе из большой кружки, — Кирилл улыбнулся. — Хорошо, что тебя не видит мама Аня. Пришлось бы выслушать лекцию о правилах хорошего тона и прочем.
— Мама Аня? — переспросил я.
— У нас с Ташей разные мамы. Мама Аня живёт недалеко, иногда заходит и мы с Лёхой в этот момент стараемся не попадаться ей на глаза. Увидит, схватит за пуговицу и всё, убежать можно только без оной, — он рассмеялся. — Она считает, что нам недостаёт воспитания и манер.
— Всё он врёт! — влезла Таша. — Сам у нас с мамой ночует чаще, чем у себя дома.
— Вот расскажу маме, что ты подслушиваешь, — хитро улыбнулся Кирилл.
— Ябеда! — она демонстративно отвернулась.
— Не сильно вас напугала эта Тень? — тихо спросил я.
— Мы особо не успели испугаться. В столовой были, когда мастер Балуев сказал, чтобы все как можно быстрее прятались в подвале, а сам выбежал в сад. Там что-то взорвалось, но мы уже спускались. У деда Карла настоящее бетонное бомбоубежище и двойная дверь. Наверное, на случай ядерной войны строил, — он хмыкнул, потёр нос. — Оттуда почти ничего не слышно было. Так, отдалённо что-то бухало. Даже то, что половина дома обрушилась, узнали только когда вышли.