— А плохая? — уточнил Пикник.
— Его и Тока нашли копы, — сказал Хантер. — Кто-то что-то услышал и вызвал полицию. Тока они схватили, когда он прятался в отеле, а наш парень был привязан там к кровати. Девушки, находившиеся в нашем клубе, когда было нападение, сотрудничают с полицией, так что у них есть свидетели. Ток под арестом. Нам до него не добраться, пока. Братья этому не обрадуются.
— Ты отдашь нам Софи и Эм? — спросил я.
Вопрос повис в воздухе, а Хантер наклонился к столу и сделал очередной глоток пива, лицо его ничего не выражало.
— Да, — ответил он. — И сделаю это, чтобы доказать, что я предельно серьезен в вопросе перемирия. Вопрос с Током все еще остался нерешенным. Но я готов принять, что он действовал не от лица «Риперов», это может сгладить ситуацию.
Я почувствовал, как паника, сдавившая горло с тех самых пор, как мне позвонила Софи, немного ослабила свою хватку.
— Когда? — спросил Пикник.
— Скоро, — ответил Хантер. — Думаю, сначала мне нужно выйти отсюда живым. Полагаю, вы сможете понять мою обеспокоенность.
Дак фыркнул, практически засмеявшись.
— Да уж, на твоем месте я бы тоже был обеспокоен, — произнес он. — Мы этого не забудем. Не уверен, что перемирие продолжится после этого маленького приключения.
— Я тоже, — заметил Хантер. — Но я сделаю все, что от меня зависит. Скид отпустит девушек, как только я ему скажу. Но этого не случится, пока я не буду уверен, что нахожусь в безопасности, начнете преследовать меня, ваши женщины дольше будут сидеть под замком.
— Понятно, — сказал Пикник. — Тогда выметайся скорее.
— Еще кое-что, — остановил его Дак. — Ситуация с Током. У тебя есть влияние на этих свидетелей? Мы бы хотели разобраться в этом силами клуба, насколько это будет возможно. Ток будет держать язык за зубами, уверен, что и ваш парень тоже.
Хантер пожал плечами.
— Посмотрим.
— Правильно, — произнес Дак. — Позаботься, чтобы с Эм и Софи ничего не случилось, понял меня? В противном случае, я сам спущу с тебя кожу, а из нее сделаю светильники для Оружейной.
Софи
Иногда мозг говорит тебе, что нужно что-то сделать, а ты знаешь, что это неправильно.
Мой мозг твердил мне бежать быстрее и как послушная девочка следовать плану Эм, когда я услышала, как Скид выстрелил. Мне нужно было сбежать и привести помощь. И не оборачиваться назад. Я была нужна своему сыну... Мы именно об этом и договорились.
Но суть была не только в этом — спасение Эм было делом Пикника и Ругера. Совершенно точно, это был не мой бой. Но где-то я все же чувствовала — всей глубиной сердца и души — что, если продолжу бежать, Скид убьет Эм. Возможно, уже убил.
Я не могла ее бросить.
Я остановилась и оглянулась на дом, а потом рванула к нему так быстро, как только могла и, добежав, пригнулась под окном гостиной. Секунду я прислушивалась, до меня доносился приглушенный голос Скида. Эм просительным тоном ему что-то отвечала. Из этого я поняла, что Скид вышел из себя, поэтому решила быстро заглянуть в окно.
Эм лежала на полу, зажимая внешнюю сторону левого бедра обеими руками. Между ее пальцами просачивалась ярко-красная кровь. Скид стоял на изготовке над ней, целясь в нее, и лицо его не выражало ничего дружелюбного. Этот парень с радостью бы убил ее.
«Бл*дь».
Я неистово озиралась вокруг, пытаясь придумать хоть какой-то план. Нужно было остановить его, и нужно было сделать это так, чтобы в итоге никто не погиб. Я поползла вокруг дома к месту, где на открытом крыльце стояло два деревянных стула и небольшой стол. В окно с внешней стороны дома я пыталась углядеть, что же происходит внутри, но было плохо видно.
Затем я услышала, как закричала Эм.
Времени больше не было.
Схватив один из стульев, я радостно отметила, что он был из прочного дерева, и высоко его подняла. Затем позвонила в дверной звонок и стала ждать, держа стул наготове.
— Кто там? — спросил Скид.
Я ничего не ответила, ну а что я должна была сказать?
«Пожалуйста, не мог бы ты выйти, чтобы я тебе врезала?»
Локтем я позвонила в звонок еще раз. Мышцы начало ломить от того, что пришлось так долго держать стул.
«Поторопись, засранец».
— Пошли на хер! — прокричал Скид.
Эм, должно быть, что-то сделала или сказала, потому что я услышала бьющийся отзвук. Я звонила пять или шесть раз локтем, словно надоедливый ребенок.
Наконец Скид открыл дверь.
Я с силой ударила его стулом по лицу. Он пошатнулся, и пистолет выстрелил, но, слава богу, меня не задело. Проигнорировав звон в ушах, я снова замахнулась стулом и еще раз ударила Скида. Он снова пошатнулся и пошел на меня, кровь струилась из его разбитого носа. Увидев, как он ногой цепляет стул, выдергивает у меня и поднимает высоко над головой, я закричала.