— Не говори так.
Его губы изогнулись.
— Радует лишь, что у тебя такая сладкая вагина, — прошептал он. — Потому что я очень сильно хочу войти в нее своим пенисом, неоднократно иметь сексуальное сношения, доводя нас до взаимной кульминации, удовлетворяющей наши желания. Как тебе такой вариант?
— Еще пошлее, — ехидно заявила я.
Это просто смешно. Все это. Мне хотелось убить его, послать его, наорать на него, а теперь он просто шутит? Я же практически смеюсь, а его пальцы потирают мою точку G, пока большой палец играет с моим клитором. Я понятия не имею, как он так быстро делает меня мокрой, каждый чертов раз.
— Да, еще пошлее, — сказал он, снова припадая ко мне и покусывая мочку уха. — Если я отпущу тебе руки, ты будешь пытаться выбраться?
Я очень серьезно обдумала этот вопрос.
— Нет, — ответила я. — Но это будет в последний раз. После этого мы никогда больше не будем заниматься сексом.
Ругер лишь одарил меня этим своим ленивым взглядом пантеры и ничего не ответил. Но все же он отпустил мне руки, и я смогла приподняться и подтолкнуть его, чтобы он перекатился спиной на сеновал. Сама же забралась на него верхом. Я вдруг поняла, что у меня осталась последняя попытка. Последний шанс поиграть с телом Ругера. И что же мне с ним сделать?
Я склонилась к колечку в его соске, жадно вобрала его в рот, Ругер от этого зарычал, и его руки запутались в моих волосах.
— Неплохо, Соф, — прошептал он. — Но не могла бы ты взять так в рот мой член? Это все, о чем я могу думать, и это, бл*дь, меня просто убивает.
Я сползла по его телу вниз и нашла член — твердую сталь, заключенную в шелковую кожу. Пальчиками прошлась по головке, нащупала шарики, покружила немного вокруг них.
— Святое дерьмо, — прорычал Ругер. — Детка, я так долго не продержусь. Займись пока стволом, идет?
Его рука накрыла мою, показывая, как он на самом деле хочет: медленно и по всей длине, в процессе слегка поворачивая ладонь, что, должно быть, было больновато. Я помнила, что он любит пожестче, поэтому приняла эти правила, и вскоре его бедра выгнулись дугой подо мной.
Именно тогда я в последний раз лизнула его сосок и стала работать ртом внизу его живота. Ругер не был типичным парнем с обложки. У него были идеальные модельные кубики пресса, но на этом прессе было достаточно волос, напоминающих, что я имею дело с настоящим мужчиной, а не с каким-то парнем из фантазии с идеально чистой, натертой до блеска кожей. Подбородком я прошлась по впадине пупка, наслаждаясь той властью, которую имела над ним прежде, чем спуститься еще ниже.
Некоторым девушкам нравится делать минет.
Я никогда не была из их числа, поэтому и опыта в этом у меня было не так много. Зато у меня было воображение, к тому же, я мечтала взять его член в рот с той самой ночи на балконе. Я вспомнила, как мы сидели там, как я смотрела на очертания его члена на фланелевых штанах, больше всего на свете желая прикоснуться к нему.
Теперь я могла это сделать.
Ругер приподнял голову, отвел одну руку назад и подложил ее под шею, наблюдая из-под полуприкрытых век, как головка его члена проскальзывает по моей щеке, я же обдумывала свое следующее действие. Выставив язычок, я прошлась им по маленькой дырочке в головке. Затем по кругу обвела металлический шарик.
Дыхание Ругера стало свистящим, а меня накрыла волна чистейшей женской силы.
Я вновь лизнула головку и поиграла с его пирсингом, прежде чем взять член в рот. Ощущение чего-то металлического во рту было странным, но я вроде как не планировала глубоко засасывать, так что значения это не имело. Я начала работать головой, в то время как рукой помогала себе у основания члена. Пальцы Ругера глубоко зарылись мне в волосы, направляя.
— Ты меня убиваешь, Соф, — рыча, пробормотал он. — Остановись. Я кончу, если ты не прекратишь.
Такая идея мне понравилась. Хотя бы раз было бы неплохо увидеть, как Джесси «Ругер» Грей теряет контроль. Но стоило мне подумать об этом, как его пальцы сжали мне волосы, повелевая отстраниться от члена.
— Оседлай меня, — приказал он.
О, на это я готова...
Я забралась на него, садясь так, чтобы рукой направить его член в свое тело. Даже если учесть, что я, наверное, никогда в жизни не была такой мокрой, чтобы вобрать его в себя полностью, пришлось действовать медленно. Под таким углом я чувствовала каждый сантиметр его длины, я была так сильно перед ним раскрыта, что было практически больно. Несколько раз я останавливалась, чтобы привыкнуть к нему, все это время его глаза неотступно следили за мной. Когда, наконец, он полностью был во мне, я замерла, задержав дыхание.