Милана вылезла из огромной ванны, установленной в небольшой, специально отведенной комнате рядом со спальней. Ежедневно слуги таскали сюда горячую воду, наполняя емкость для своей новой госпожи. Ноги девушки коснулись мокрого пола. Стоящая рядом в ожидании Настёна торопливо укутала ее в большое полотенце.
- Садись,- без какого-либо раболепия, велела гувернантка,- я приведу тебя в порядок. Сорочку оденешь потом.
- Ты не представляешь, Настя, какая я счастливая. Я и не думала, что женой быть так приятно. Дарить любовь и нежность своему мужу. Ты уж постарайся. Сегодня к Олдреду прибудут важные гости. Я должна выгладить самым лучшим образом.
- Я уже приготовила тебе наряд,- подруга указала на открытую в спальню дверь, где на постели было выложено темно красное бархатное платье с высокой талией и глубоким вырезом, предназначенным для обнажения плеч,- драгоценности сможешь потом выбрать сама. Я их тоже приготовила.
- Ты знаешь меня лучше, чем я сама,- рассмеялась Милана, осторожно толкнув подружку локтем в бедро,- ну а сама ты еще не присмотрела себе молодого человека?
- И ты туда же,- усмехнулась Настя, проводя костяным гребешком по густым русым волосам Миланы,- кстати, твой муж вчера тоже этим интересовался.
- Вот как?!- шутливо возмутилась Милана,- и с чего бы это ему интересоваться?! Уж не положил он свой взгляд на тебя?!
- Глупости,- ответила гувернантка,- он без ума только от тебя. Да я бы и сама не посмела встать между вами. Он интересовался как мне его оруженосец Вильям…
Милана лукаво взглянула на подругу, которая застыла, держа в одной руке ее локон, а гребешок в другой. Затуманенный, мечтательный взгляд Насти был устремлен в окно.
- Ой, подруга, да ты никак влюбилась?!
- Вот еще,- спохватилась Настя, вновь принимаясь расчесывать волосы баронессы,- он конечно и красив, и статен, и смотрит на меня как кот на сметану, но мы с ним даже не представлены.
- Вот и познакомься,- рассмеялась Милана,- что из себя монашку строить?! Глядишь, и сосватаем вас. Он, между прочим, тоже знатен. Приходится мужу каким-то там родственником.
- Давай я лучше помогу тебе одеться,- перевела разговор на другую тему Настя.
Она принесла платье и помогла подруге в него облачиться, а затем зашнуровала его сзади. Высокая талия наряда приподняла девичью грудь, так, что она стала хорошо видна в глубоком разрезе.
- Пожалуй, я надену сегодня только ожерелье и серьги из жемчуга. Самоцветы заставляют мужчин смотреть только на эти холодные камни, а я хочу, чтобы друзья Олдреда, восхищались именно мной.
Настёна открыла шкатулку и достала жемчуг. Будто давно знала, что решит подруга, потому и положила украшения сверху.
- Я поражаюсь твоей предусмотрительности,- похвалила Милана. Надев серьги, она принялась крутиться возле зеркала.
- Скажи,- Настя, помогла подруге застегнуть на шее ожерелье,- ты не скучаешь по Андрею?
- Конечно, скучаю,- с грустью в голосе произнесла Милана. Она перестала кривляться перед зеркалом и присела на край кровати. Вчера с утра брат с дружиной отправился домой. Их миссия была выполнена.
- Но не будим печалиться,- вновь улыбнулась юная баронесса, вскакивая с кровати. Она схватила подругу за руку и потянула из спальни,- пойдем же скорее! Думаю, что нас ждет незабываемый вечерок!..
Олдред де Холонд, английский барон и председатель парламента, сидел в своем кабинете, ожидая прибытия своих сторонников. Совсем скоро состоится заседание парламента. Олдред до настоящего времени соблюдал нейтралитет между королем и оппозицией из числа Хартии вольностей. Но после свадьбы он принял решение поддержать короля. Теперь он должен был заботиться о своей любимой жене, которая родит ему долгожданного наследника. Потрясения от переворота и передела власти, задуманного герцогом Симоном Манфором, и его прихвастнем бароном Роландом Обеньи, не нужны были ни ему не государству. Ради семьи Олдред был готов предать Хартию и перейти на сторону короля. Он не сомневался, что сумеет убедить в этом большинство в парламенте.
Барон откинулся на спинку кресла и закрыл глаза. Он вспомнил свою молодую жену. Как она была красива, нежна и ненасытна в постели. За последний месяц он хорошо узнал ее. Русская амазонка прекрасно держалась в седле, стреляла из лука и обращалась с мечом, лучше многих его людей. Олдред даже представить не мог, что на свете существуют такие девушки. Барон улыбнулся. Нужно скорее разделаться с делами, а там его ждет ночь, полная любви и страсти…
От приятных мыслей Олдреда оторвал непонятный шум. Привычный слух, сразу же уловил крики и звон мечей. В замке шел бой. Дрались не только во дворе, но и в коридоре не далеко от двери ведущей в его кабинет. Со двора раздался крик оруженосца.