Наследие Салазара
Извилистый коридор заканчивается гладкой стеной с искусно вырезанными на ней змеями. Их изящные тела сплетаются между собой, образуя замысловатый узор, а в глазах горят большие изумруды.
Медленно выдыхаю, сжимаю в левой руке клетку, а в правой палочку и произношу на парселтанге:
— Откройся!
Мгновение — и по рисунку пробегает вертикальная трещина, разделяя стену пополам. Мигнув на прощанье зелёными искрами, змеи разъезжаются в разные стороны, открывая проход. И я без колебаний шагаю в комнату. В Тайную комнату.
Пять лет я искал её, излазил все уголки Хогвартса, исследовал все закоулки, пока на третьем этаже в женском туалете не нашёл вход. И вот теперь я здесь. Наследник Слизерина вступает в свои права.
Просторная, тускло освещённая комната с колоннами, капители которых теряются во мраке. Основание каждой колонны оплетают каменные змеи. Кажется, именно они источают этот зеленоватый свет.
Я медленно иду по гладкому, почти зеркальному полу. Иду прямо к гигантской статуе древнего старца, что высится у дальней стены. Каменная копия Слизерина взирает на меня с высоты, хмурит навеки застывшие широкие брови. Где же твой Ужас, Слизерин, что наводил панику на Хогвартс одним своим упоминанием? Или я должен его позвать?
Что ж, хорошо.
Из мешочка на шее вынимаю пару листьев руты и разжёвываю. Рот тут же наполняет горечь. Листья руты, конечно, слабая защита, но это не единственное, что у меня припасено.
Поправив на плече сумку и глядя прямо в каменные глазницы, начинаю говорить:
— Приветствую тебя, Салазар Слизерин, величайший из хогвартской четвёрки! Я — твой Наследник, пришедший, чтобы исполнить твою волю и очистить Хогвартс от грязной крови. Яви же мне свой Ужас!
Делаю короткую паузу и, сузив глаза, продолжаю:
— Проснись, Царь змей. Проснись и подчинись мне!
Замираю. Напряжённо вглядываюсь в статую. Почему-то мне кажется, что василиск появится оттуда. Но не забываю осматривать боковым зрением всё остальное. Василиск — не нарисованная змейка, ему нужно будет доказать свою силу, его нужно будет подчинить.
И вот гигантское лицо статуи приходит в движение. Каменный рот раскрывается, и из него выползает он — василиск, ужас Слизерина. Огромный зелёный змей, несущий смерть одним своим взглядом.
В горле застревает ком, а в груди сердце гулко ударяется о рёбра. Я боюсь. Да, я боюсь. Это естественный страх перед чудовищем. Но чудовище лишь глупое животное. Да — древнее. Да — сильное. Да — смертельно опасное. Но лишь тупое животное. Василиски не отличаются интеллектом. Я же — человек. Маг. Хитрый и умный маг, который, несмотря на свой страх, обуздает этого зверя!
Я смотрю на василиска сквозь прищур, используя боковое зрение, и когда змей сползает со статуи, откидываю с клетки тряпьё, встряхиваю её и приказываю:
— Пой!
Ошалевший от встряски петух подпрыгивает, раскрывает крылья и оглашает комнату своим криком. Его пронзительный голос, отражаясь от стен, усиливается многократно и лавиной обрушивается на василиска. А тот останавливает своё стремительное движение, замирает, а затем сворачивается кольцами, пряча голову.
Удивительно, но против такого могучего чудища работает такое простое средство — крик обычного петуха! Конечно, криком василиска не убить, только остановить, оглушить, заставить обратиться в бегство. Но мне и не нужно его убивать. Мне нужно его подчинить.
Пользуясь замешательством змея, я быстро накладываю на него заклинание Вуали, и чёрная полупрозрачная дымка тут же окутывает его глаза. Сквозь эту дымку он, хоть и мутно, но всё ещё видит, зато его взгляд теряет силу, и я могу спокойно смотреть на него.
И я смотрю, как змей дрожит и корчится от петушиного крика, как жмётся, пытается втиснуться куда-то между огромных ступней статуи и, насладившись сполна этим зрелищем, одним движением палочки затыкаю петуха.
Тишина, что обрушивается следом, режет уши не меньше, чем вопли до этого. И в этой тишине я начинаю говорить:
— Ужас Слизерина, Царь змей, перед тобой стоит Наследник твоего создателя и бывшего повелителя. Надеюсь, ты узрел мою мощь и признаёшь мою власть над тобой?